– Чего смеёшься? – нахмурился Григорий.
– Да так… Просто представил тебя в образе учёного: в халатике, в очках и с папочкой под мышкой. Смешно получилось, – опять засмеялся парень.
– Да уж, смешно, – согласился Григорий, широким шагом направляясь к воротам.
Иннокентий поспешил следом за своим взрослым другом.
Григорий подвёл его к вольеру со львами и по-дружески обнял парня за плечи.
– Это моё любимое место в зоопарке, – доверительным тоном начал говорить он. – Я могу здесь подолгу стоять и наблюдать за этими сильными, гордыми и царственными животными. Вот, взгляни на того самца! Он главарь этой стаи! Видишь, какой он мощный и в то же время грациозный, красивый зверь! Настоящий король! Посмотри, Иннокентий, с каким превосходством он смотрит на остальных! Видишь?
– Ага, вижу, – зевнув, ответил Иннокентий, не понимая, для чего его наставник вдруг начал читать лекцию про каких-то там львов.
– Вижу, – передразнил его Григорий. – Ни черта ты не видишь! Вон с каким равнодушием и даже презрением ты смотришь на этих больших кошек. А львы, кстати, очень умные, я бы даже сказал: мудрые животные! Я считаю, они гораздо умнее некоторых людей! Да-да! У львов в стае, между прочим, существуют непреложные законы, которым все обязаны подчиняться. И это правильно! Каждый в коллективе должен знать своё место! Например, самки всегда беспрекословно подчиняются самцам…
– Да, это разумно, – согласился парень.
Григорий пристально посмотрел ему в глаза.
– Вот ты, Иннокентий, говоришь, что уже не маленький, – усмехнулся вдруг он. – А ты знаешь, что делает львёнок, когда становится взрослым и окрепшим, когда чувствует, что молодая сильная кровь уже яростно бурлит в его венах, и он уже не хочет быть на вторых ролях в своём зверином семействе? А? Знаешь? Он прогоняет старого льва и сам становится во главе семьи! А старик уходит в степь…
– Здорово! – расплылся в улыбке Иннокентий, поняв намёк. – Жаль, что у нас это не принято. Старые львы не уходят в степь. Увы!
– А если старик не уходит, молодой лев его убивает… – будничным, очень спокойным тоном добавил Григорий.
Иннокентий испуганно шарахнулся от Григория. Тот рассмеялся.
– Да не трусь ты. Убивать не надо. Мы же не звери… Можно просто спихнуть его с трона.
– Но как это сделать? – очень серьёзно спросил Иннокентий.
Григорий приобнял за плечи испуганного юношу и повёл его к выходу из зоопарка.
– Нужно устроить так, чтобы твой отец опоздал на сходку хотя бы часа на два. А за это время я со своими друзьями сам проведу выборы. Я добьюсь того, чтобы короновали меня. Без Петра многие побоятся мне перечить. А если я стану королём, то и тебя я не забуду, – он похлопал парня по плечу. – Но ты должен мне помочь.
– Говори, дядя Григорий! Я всё сделаю! – сверкнул глазами Иннокентий.
– Пойдём к машине, – обнял парня Григорий.
– Вот, держи, – Григорий достал из бардачка и протянул Иннокентию мешочек с каким-то порошком. – Засыплешь это в бензобак. Через несколько километров машина твоего отца остановится как вкопанная.
– А машина не сломается насовсем? – испугался Иннокентий.
– Не бойся, двигатель промоют, и все дела.
Отец уехал на сходку. Иннокентий бесконечно ходил взад-вперёд по комнате, словно зверь, запертый в клетке.
– Хоть бы всё получилось! Хоть бы всё получилось! – бормотал он себе под нос и вдруг остановился в ужасе. – А вдруг отец догадается, что это я сломал машину?!!
Иннокентий прокрутил в памяти события этого утра.
Пока Пётр тщательно собирался (надо же было выглядеть шикарно на сходке, как подобало будущему королю), Иннокентий беспокойно посматривал в окно, ожидая, когда же подъедет машина.
Отец заметно нервничал. Он пытался сам завязать галстук, но руки его не слушались, красивого узла не получалось.
– Таня! – раздражённо позвал он жену, сорвав галстук с шеи. – Завяжи этот проклятый галстук или я его сейчас выкину в помойку!
– Конечно, я сейчас всё завяжу, не злись, пожалуйста, – пыталась успокоить его жена.
– Как не злиться, если всё идёт наперекосяк! – пожаловался он ей. – Сегодня такой важный день, а Скворец куда-то запропастился. Звоню ему всё утро, а он трубку не берёт!
– Не переживай, милый, найдётся твой Скворцов. Может, он пораньше решил уехать? – успокаивала Татьяна Ивановна, аккуратно завязывая галстук.
– Как бы он вообще не проспал! Вчера небось упился до потери пульса, – уже более спокойным тоном сказал Пётр. – А он мне сегодня очень нужен! Он мой главный козырь на сходке! Только мы с ним владеем самыми большими территориями в Москве, поэтому у нас большой вес при голосовании.
– Всё будет хорошо! – мягко успокоила его жена, погладив по плечу.
Наконец их «Волга» въехала во двор. Иннокентий сунул мешочек с порошком в карман, тихо вышел за дверь и бегом побежал по лестнице вниз. Он знал, что Василий обязательно поднимется на лифте в квартиру, чтобы взять портфель и плащ отца и отнести всё в машину. Итак, в его распоряжении всего четыре минуты. За это время надо было незаметно подойти к машине, засыпать порошок в бензобак и успеть спрятаться в подъезде, чтобы шофёр его не увидел.
