Кайя привыкла быть невидимкой в школе. У неё мало друзей и много комплексов! Но встреча с таинственной Аурелией заставляет её по-новому взглянуть на себя: эта пожилая леди утверждает, будто Кайя обладает магией и способна… превращаться в птицу! И только ей под силу узнать, кто же крадёт у аваностов их медальоны и лишает волшебных сил. Но как обычной школьнице справиться с такой задачей? И почему загадочный Милан из школы так стремится помочь ей?
Nelly Möhle, Alina Brost (Illustrator)
Kaya Silberflügel − Das Geheimnis der magischen Federn
This edition is published by arrangement with Fischer Sauerländer
Copyright © Fischer Sauerländer GmbH, Frankfurt am Main, 2023
© Издание на русском языке, перевод на русский язык, оформление. ООО «Издательство АЗБУКА», 2025 Махаон®
Взмахни крыльями – и лети, лети, лети!
Нелли Мёле живёт со своей семьёй в Оффенбурге. Она вписала своё имя в сердца маленьких читателей первой же своей книжной серией «Волшебный сад». Ребёнком она часто наблюдала за птицами в саду своих бабушки и дедушки и представляла, как было бы здорово уметь летать. Не на самолёте, а просто раскинуть руки и полететь ‒ точнее, не руки, а крылья. И с высоты посмотреть на город, а потом перелететь через горы Шва́рцвальд и Воге́зы. Именно эту волшебную способность писательница подарила Кайе – героине своей новой книги.
Впервые я почувствовала это странное покалывание в свой день рождения.
Мама уже накрыла стол на балконе, в центре стоял праздничный пирог с десятью свечками. Я слышала, как она гремит посудой на кухне, пока сама сидела под ярким полосатым зонтиком от солнца и ждала гостей. Вокруг стола прыгали воробушки, с любопытством разглядывая пирог. Один особенно наглый воробей в какой-то момент даже уселся мне на ногу и выжидающе на меня посмотрел.
Тогда-то и начался зуд. До сих пор я ничего подобного не чувствовала: лёгкое пощипывание и дрожь от кончиков пальцев до плеч. Будто бабочки у меня под кожей часто-часто трепещут своими крылышками. Продлилось это всего несколько мгновений – до тех пор, пока не раздался звонок в дверь. Воробьи в испуге разлетелись, скрывшись в ветвях огромного каштана перед нашим домом, и, так же неожиданно, как и появилось, странное покалывание в руках исчезло. Я потянулась и осторожно повращала кистями – вроде всё нормально.
Тут на балкон ввалились пришедшие гости, я отвлеклась на них и забыла про этот инцидент до конца дня. Перед сном я снова задумалась о случившемся, но решила, что всё это из-за волнения перед праздником. Следующие несколько недель никакого покалывания не было. Вплоть до этого ничем не примечательного утра понедельника.
На сей раз это случилось на уроке музыки. Я как раз закончила самостоятельную работу и смотрела в окно на кружащиеся в танце дубовые листья, когда вдруг, громко хлопая крыльями, на оконный карниз опустился чёрный ворон. Взглянув на него, я вдруг опять ощутила странное покалывание в пальцах, которое вскоре побежало по рукам.
То же самое было в мой день рождения несколько недель назад, я уверена. И чем дольше я смотрела на ворона, разглядывающего нашу классную комнату, тем сильнее становилось покалывание. Я скрестила руки на груди, чтобы унять непонятный зуд, но это не особо помогло.
И тут в глаза мне бросился маленький клочок бумаги. Я моргнула, но сомнений быть не могло: в большом клюве ворона торчало сложенное письмо. На ветру тонкая бумага трепетала точно листья дуба, а ворон по-прежнему смотрел в класс, будто ждал кого-то из нас.
Я хотела обратить внимание Мерле на эту странную птицу, но не успела, потому что ворона заметил наш учитель музыки господин Берг. Он подошел к окну, распахнул ставни и, что-то бормоча себе под нос, покосился через плечо на наш класс. Я не сводила с учителя глаз и в глубине души ожидала, что эта сцена привлечёт внимание и остальных. Но почти все мои одноклассники ещё возились с музыкальным тестом, и никто, кроме меня, не видел, как господин Берг выхватил у ворона из клюва записку, развернул её и, пробежав глазами, как мне показалось, нервно покачал головой.
Буквально через несколько секунд после этого птица расправила крылья и улетела, скрывшись за густой кроной дуба. Я сидела у окна на первом ряду и, как зачарованная, затаив дыхание, наблюдала за этим небольшим представлением.
Именно в этот момент учитель посмотрел на меня. Я просто не успела отвести глаза, как он вперил в меня свой пристальный взгляд. Это длилось целую вечность. К тому времени руки у меня уже зудели так нестерпимо, что я под партой сжала их в кулаки. Даже когда я опустила глаза, я по-прежнему чувствовала на себе взгляд господина Берга. Сердце колотилось уже где-то у горла. Спасла меня Лена, сидящая на дальнем ряду.
– Господин Берг! Я закончила, можно сдавать? – и она помахала в воздухе листком с контрольной.
Наконец-то учитель отвернулся от меня (сделав это довольно резко), коротко кивнул Лене и, взглянув на большие песочные часы, хлопнул в ладоши:
– Время вышло! Лена, собери тесты.
Я медленно выдохнула и снова посмотрела на дождливое серое небо. Но ворона уже было не видно, и покалывание прекратилось так же внезапно, как началось. Не придумала же я это всё сама? Или всё же…
В классе стоял гул, но я почти ничего не слышала и поэтому вздрогнула, когда господин Берг громко скомандовал:
– Тиш-ш-ш-шина!
Когда шум немного поутих, он продолжил: