– Но однажды монстр тени встретил странную девочку. Внешне она выглядела обычной, но он сразу понял, что у неё есть страшная тайна.
– Это… это ты о чём?
Джей наклонился ближе ко мне и торжественно прошептал:
– По-моему, эти двое не так уж непохожи. Так же, как и их тайны. Это они внешне отличаются, а секрет у них один и тот же. Так что… если у тебя есть секрет, которого ты стесняешься, который изо всех сил скрываешь, не стоит этого делать. Лучше подумай, как ты можешь им воспользоваться.
Я была настолько шокирована, что не могла произнести ни слова. Но было кое-что, что я не могла не спросить.
– А если… у меня, как ты говоришь, есть этот секрет, это хорошо или плохо?
Джей снова посмотрел на меня сверлящим взглядом и сказал:
– Если захочешь, будет хорошо, а не захочешь, станет плохо.
Ничего не поняла.
Прозвенел звонок на обед, но я ничего не слышала, а всё пыталась разгадать головоломку, которую загадал мне Джей.
– Данми, вот ты где! Я тебя обыскалась.
Я очнулась, услышав голос Руми позади себя.
– О, и Джей тут. А ты чего так далеко забрался? Ладно, пошли есть. Время обеда.
Я встала вслед за Руми. Джей сказал мне на прощание:
– Помни, похожие люди лучше понимают друг друга. Так что пожелаю удачи. Удачи твоему и моему секрету.
Руми всё допрашивала меня, что произошло, и я несла какую-то ерунду в ответ. Путаный рассказ Джея совершенно выбил меня из колеи. Поэтому я чуть не прошла мимо самого популярного стенда Сихо и Джихо – «Анкета. Семьдесят семь вопросов».
Несмотря на обеденное время, у стойки близнецов было полно народу. Конечно, всем было интересно узнать подноготную одноклассников. Я вдруг увидела Юнну, которая с окаменевшим лицом читала ответы анкеты. И атмосфера вокруг была какая-то напряжённая. Я подошла ближе, прислушалась, пытаясь понять, что там произошло, и встретилась глазами с Юнной.
– Сон Данми, ты меня ненавидишь?
Губы Юнны дрожали. В глаза бросились большие буквы:
Мой почерк. Я написала крупными, жирными буквами с нажимом, словно крича о ненависти.
– Это правда? – спросила Юнна уже потише.
Джихо сконфуженно бормотал, что зря они вообще этот вопрос включили в анкету, но его никто не слушал.
Мы с Юнной молча смотрели друг на друга. Все не дыша следили за нами. Не знаю, сила это или слабость, но моя дурацкая искренность опять сыграла со мной злую шутку.
Я дрогнула под взглядами Юнны и ребят. Но даже если бы я начала сейчас оправдываться, это выглядело бы жалко. Она всё равно не забудет этих слов. Мне пришлось снова ответить честно:
– Ага.
В тишине послышалось, как кто-то сглотнул. И тут произошло нечто невообразимое. Глаза Юнны заблестели, и слёзы неудержимо полились по её щекам.
– Ого, плачет. Пэ Юнна ревёт!
Все стали перешёптываться. Я схватила Руми за руку и быстро пошла прочь. Мои уши жгло от рыданий Юнны за моей спиной.
За это утро произошло слишком много всего. Я чувствовала себя совершенно разбитой. А я всего лишь прошлась по выставке и встретилась с ребятами из группы черепа. Что же будет ночью?
За обедом я стала объектом всех разговоров, как будто совершила какой-то подвиг. Отовсюду было слышно моё имя, все обсуждали утренний инцидент с Юнной.
– Сон Данми, ну ты крутая.
– Слышала? Я сама терпеть не могу Пэ Юнну. Так приятно, что Данми высказала всё, что у меня на душе!
– Данми, рад тебя видеть. Ну ты смелая!
Были те, кто перешёптывался между собой, а некоторые подходили ко мне и высказывали своё восхищение прямо в лицо. Но мне было совсем нерадостно: меня сделали героиней против воли. Я не собиралась показывать себя храбрецом перед ребятами, лучше бы мне вообще не видеть горестно рыдающую Юнну. Ещё и Джей с его странными историями, и Джиан, называющий меня Пушочком… От одной мысли о том, что мне предстояло выполнять задание со всеми, я внутренне сжалась.
Между тем заканчивались приготовления к вечернему мероприятию. В аудитории поставили множество разноцветных палаток. Мы сели в кружок в нашей палатке и включили лампочку, болтавшуюся посередине наверху.
– Палатка прямо в школе – похоже на секретное убежище! – воскликнула Руми, и в этот момент – пыщ! – вспыхнула молния и – бам! – прогремел гром. Весь зал мгновенно озарило, словно сработал огромный фотоаппарат. Дождь, и молния, и гром!.. Да уж, в этом году «фестиваль неожиданностей» и впрямь соответствует своему названию.
– Кхе-кхе! Мы выключаем верхний свет. Зажгите свечи.
Наша учительница Ли Хянги снова откашлялась. Она в школе новенькая, молодая, голос у неё звонкий, как у жаворонка, и говорит она чётко, как военные. И ещё у неё есть привычка откашливаться перед тем, как что-то сказать, за это мы прозвали её Мадам Кашель.
Свет шёл только от свечей, и атмосфера была мрачноватой. Ребята возбуждённо переговаривались, и учительнице пришлось снова откашляться:
