Спектакль начался, хотели мы этого или нет! Нам оставалось просто взять и сыграть пьесу так, как мы делали на репетициях.
Спектакль открывался сценой драки Монтекки и Капулетти. Нам и на репетициях она не особо удавалась, а здесь был полный провал. Ожидающие своего выхода на сцену ребята стояли понурые, как перед казнью.
Каждая сцена была хуже предыдущей. Ошибка на ошибке – как жалко потраченного на репетициях времени! Джихо забыл текст, а танцы Капулетти и Монтекки, старательно отработанные под руководством Руми, ребята завалили, когда принялись хаотично метаться по подмосткам.
На Джиане, ответственном за постановку, уже и лица не было. Приближалась финальная сцена. Я судорожно искала шляпу и тщетно облазила все закутки за кулисами. Увы! Она будто испарилась.
Неожиданно я услышала хихиканье за спиной. Обернувшись, я остолбенела: напротив меня стояла Леа и держала в руке шляпу с пером!
– Ты что творишь? – прорычала я.
Лео непринуждённо ответила:
– Ах, ты про шляпу? Она на полу валялась, я подняла.
– Неправда! Я всё обыскала, шляпы не было! А почему ты её сразу не отдала, раз нашла?
Она прищурилась.
– С какой стати? Меня никто не спрашивал.
– И ты считаешь, это нормально? Давай сюда шляпу! Быстро!
Я протянула руку, но Леа покачала головой.
– Нет, ты её не получишь. Хотя можем обменяться…
– Обменяться?
– Да, шляпу – на твой кулон, – сказала Леа будничным тоном.
Я похолодела.
– Не навсегда. Просто разочек хочу его примерить.
Леа наклонилась ко мне.
– Нельзя…
Я зажала бусину в кулаке.
– Даже если от этого зависит провал или успех спектакля?
Она испытывала моё терпение. Я нерешительно закусила губу. На сцене Джихо изображал бездыханного Ромео. Юнна готовилась к выходу.
Сейчас последний шанс передать ей шляпу. Я терзалась в сомнениях. Может, ничего плохого и не будет, если я ненадолго отдам кулон – ради успеха спектакля?
Я подняла руку, чтобы снять подвеску, но внезапно её кто-то перехватил.
Джиан! И он почему-то был в костюме Трёхлистного клевера.
– Скорей!
Я не успела ничего сообразить, а он уже схватил меня за руку и потащил к сцене.
Юнна стояла на подмостках перед Джихо – то есть перед Ромео.
– Джиан, ты почему в костюме Клевера? – прошептала я.
– Я первый Трёхлистный клевер! – тихо ответил он.
– Правда? А что со шляпой?
В глазах Леа, которая выскочила на сцену вместе с нами, пылал зловещий огонь. В них отражались и досада из-за упущенного кулона, и наслаждение от наблюдения за крахом нашей постановки.
– «Где Ромео мой?» – начала Юнна.
Она, как всегда, сделала паузу.
– «Яд – виною безвременной его кончины?»
Здесь она должна была снять с гвоздя шляпу Ромео и гордо уйти, продемонстрировав своё перерождение. Самая важная сцена спектакля! Мы так долго и усердно её репетировали… От обиды слёзы наворачивались на глаза.
Но случилось что-то странное.
Юнна повернулась к пустой стене и громко продекламировала:
– Какая потрясающая шляпа… Конечно, ведь она принадлежала моему Ромео!
Разумеется, ни я, ни зрители никакой шляпы не увидели. Но в зале царила гробовая тишина. Все следили за каждым движением Юнны, играющей Джульетту.
– О, изумрудный блеск! Верю, что ты поможешь мне найти того, кто встал на пути нашей великой любви!
Мы, не отрываясь, смотрели, как Юнна притворилась, что взяла шляпу, покрутила её вокруг пальца и надела. А затем, подняв голову, сделала шаг вперёд.
Новая Джульетта родилась!
Вау! Зал взревел от восторга. Все были заворожены невероятной сценой. Джиан в костюме Клевера тоже выступил вперёд и представил каждого из актёров, вызвав очередную бурю аплодисментов. В последнюю очередь он назвал Юнну, и та склонилась в глубоком поклоне.
А зелёная шляпа стала бы вишенкой на торте… Как только я об этом подумала, почувствовала, как из-за моей спины выскочила зелёная лиса и бросилась к Леа.
Она молниеносно выхватила из рук Леа шляпу и подбросила в воздух.
Шляпа, как пёрышко, взмыла вверх и начала плавно опускаться. Юнна подхватила её в полёте под восторженные возгласы публики. Как по волшебству, важный реквизит снова оказался в руках героини!
Юнна водрузила шляпу на голову и улыбнулась. Зал разразился овациями.
Зрители неистовствовали, причём кое-кто с особым чувством аплодировал стоя. Это были родители Юнны: папа и мама, как две капли воды похожая на дочку.
Ну а наша Джульетта от избытка чувств едва не расплакалась.
Моя мама права: сцена – действительно очень круто. Здесь всегда есть место волшебству. Сейчас это чётко ощутили не только мы, стоящие на подмостках, но и зрители в зале.
После спектакля мы долго не могли успокоиться. Забыв о том, что нужно переодеваться, ребята окружили Юнну.
– Просто невероятно, Юнна!
– Точно. Как у тебя получается настолько органично играть?
– Даже не знаю. Как-то само вышло. Но такого успеха не было бы без вас.
Счастливая Юнна не забыла оценить работу группы. Она, как актриса при получении награды, подготовила речь, в которой упомянула каждого.
