– Это его дочурка дурная, ей на отца наплевать. Рыбки еще положить?
– Если можно. Очень вкусно, – чуть смущенно улыбнулся Тимофей.
– А вы кто по профессии? – орудуя лопаткой для рыбы, спросила она.
– Юрист.
– Юрист? Так вы же можете сказать мне, что делать! А? Я лично не знаю... А вдруг это не Гришка? Разве может такое быть – знаешь человека вроде бы досконально, практически всю жизнь, веришь ему как самому себе и вдруг... А? – Она вскинула на него совершенно несчастные, опухшие глаза, в которых ясно читалась надежда.
Он тяжело вздохнул. Ему нравилась эта женщина и этот дом, где все чувства были какими-то настоящими – и отчаяние обманутой любовницы и любовь к предавшему ее человеку.
– Маргарита Семеновна, дорогая, что я могу вам посоветовать? Ну, допустим, Яна скажет милиции, что в действительности с ней случилось... Ее замучают расспросами. Вас, если вы дадите показания, тоже, и еще не факт, что не заподозрят в соучастии...
– Матерь Божья!
– А кстати, Яна не велела ничего вам говорить о Григории Ивановиче, вы же сами догадались... И не найдут они эти треклятые драгоценности, и, возможно, виноват вовсе не Григорий Иванович, а человек, который якобы собирался их купить...
Она смотрела на него почти уже влюбленными глазами.
– Значит, Янка им ничего не скажет?
– Скажет, что ее ударили по голове, забрали сумку и все. На этом все и закончится.
– Знаете, Тимофей Борисович, или можно просто Тима?
– Можно просто Тима, – улыбнулся он.
– Вы самый лучший человек, которого я знаю.
– Здрасьте, приехали! – засмеялся он.
– Вы добрый, умный и при этом благородный, я знаю, мне Янка говорила. Вы же могли присвоить эти цацки и дом...
– Не мог, – покачал он головой, – меня не так воспитывали.
– Тима, женитесь на Янке!
– Господи, да я женат!
– Ну и что? Кому это когда мешало? У вас есть дети?
– Нет.
– И вы не любите жену.
– С чего вы взяли?
– Вы вот сидите тут, со мной, время двенадцатый час, а вы даже не позвонили жене, и она тоже о вас не слишком беспокоится.
Тимофей скрипнул зубами.
– Не сердитесь, Тима.
– Я не сержусь. Но у Яны ведь есть жених, кроме всего прочего.
– Какой такой жених? Откуда? – всполошилась Маргарита Семеновна.
– Мой лучший друг Михаил Генрихович Дунаевский.
– А где он сейчас?
– Очень далеко, где-то в районе острова Пасхи.
– А что он там делает?
– Он в кругосветном плавании.
– Тогда какой он к чертовой бабушке жених, скажите на милость?
– Он вписался в эту историю задолго до встречи с Яной.
– Любил бы, выписался бы! Вот сейчас бедная девочка одна в больнице, а он... Моряк, с печки бряк... Чай будете?
– Да нет, спасибо, мне пора...
– Тима, простите ради бога, но не могли бы вы... здесь переночевать? Мне как-то страшно... А утречком вместе зайдем к Янке в квартиру, соберу все и поеду к ней, а то мне одной туда заходить как-то боязно, сама не знаю, я вообще-то не трусиха. А я вас хорошим завтраком накормлю и поедете себе на работу, а? Вас жена не заругает? А? Вы ей позвоните все-таки... Ой, а кстати, почему у вас телефон ни разу не зазвонил? Вы же деловой человек, разве так бывает?
– А я его отключил, чтобы не доставали всякой чепухой, я же знал, что разговор будет нелегкий.
– Знаете, Тима, была бы я лет на двадцать моложе, я бы в вас без памяти влюбилась, а сейчас вам меня опасаться не приходится.
Он, как ни смешно, был польщен.
– Хорошо, я останусь, это и в самом деле разумное решение. Я живу далеко... – Он включил телефон. – Юль, привет!
– Привет, ты где?
– На проспекте Вернадского. У меня очень важное дело, надо все обсудить, а завтра с утра в арбитраж. Я останусь тут ночевать.
– Ну, надо так надо, хотя я этого не люблю.
– Я и сам не люблю, но бывают обстоятельства...
– Надеюсь, это не любовная история?
– Да Бог с тобой!
– А завтра когда тебя ждать? А как ты поедешь в арбитраж в несвежей рубашке?
– У меня в машине есть новая.
– А! – успокоилась Юля. – Тогда пока, тут интересный фильм начинается.
Маргарита Семеновна деликатно не присутствовала при разговоре и появилась лишь когда он позвал ее.
– А я вам пока постель постелила, в Пашкиной комнате. Кстати, в ванной коричневые полотенца и полосатый халат для вас. В шкафчике на верхней полке все для бритья, зубная щетка, словом все, что нужно настоящему мужчине. Вы ведь бреетесь опасной бритвой, верно?
– Верно, – улыбнулся он.
– Все настоящие мужчины бреются опасной бритвой, а вы настоящий, я чувствую, вот я вас попросила остаться и вы остались, поняли, что это не каприз, не прихоть... Ой, ну ладно, идите уже спать! И спасибо вам за все!
