А еще я понимаю, что больше не хочу слушать ничьи мысли, от слова совсем.
Но, делать все же нечего, и я сосредотачиваюсь опять. Теперь уже конкретно на Кристиане.
Снова ухватываю кучу разной ерунды от парней и девчонок, сидящих вокруг нас. Но от Кристиана ничего. Тот же облом происходит при попытках послушать мысли Лейлы.
Я стараюсь, как могу, но все, чего добиваюсь, это то, что моя голова стремительно наполняется разной ерундой.
Уж лучше бы слушала лекцию уважаемого профессора, оказалось бы больше толка.
Его мысли, кстати, я тоже улавливаю, хоть расстояние между нами довольно приличное. Но тут же стараюсь закрыться от них, как могу.
Худшим испытанием для меня оказывается слушать мысли девчонок. Потому что в каждой второй голове крутится только одно имя. Демид. Точнее, два. Но меня, кроме как «дура, швабра, курица общипанная, выдра страшная, что он в ней только нашел?» больше никак не называют.
Уцепляюсь взглядом за длинноногую блондинку, сидящую у самого выхода.
«Лика сказала, Усманов потрясно трахается. Не передать словами, как. Хоть и не держал ее рядом с собой долго, отфутболил. Даже обидно, что он связался теперь с этой шваброй. Только глаза таращит. Небось рада до безумия, что он на такую, как она, обратил свое внимание. И ведь ничего не умеет, сразу по ней видно. Вот куда его вдруг понесло? На такую простушку. Да он просто меня еще не видел. И уж, в отличие от некоторых, я не упущу своего шанса. Пора действовать. Хорошо, что блузка на мне сегодня такая, что почти вся просвечивает. На перемене обязательно к нему подойду и прижмусь. А потом…»
Ну все, с меня достаточно.
Я закрываю глаза и мысленно полностью сосредотачиваюсь на словах профессора. Экономическая теория и роль экономики в жизни общества. Вот что меня должно сейчас интересовать.
Также, как и Машу, которая, кстати, так и не появилась на лекции. Неужели тот парень, с которым она мило болтала в холле первого этажа, успел настолько запудрить ей мозги, что она решила пропустить занятия?
Я вздыхаю, а потом старательно отгораживаюсь от чужих мыслей, что тоже требует, оказывается, значительных энергозатрат.
А после этого снова думаю о том, что вдруг у меня двинулась крыша?
Может, у меня что-то с мозгом? Развивается начальная стадия шизофрении? Или еще какая-нибудь болезнь, я не очень в этом сильна.
А все, что происходит в последние дни, не более, чем иллюзия?
Но я не успеваю как следует развить эту мысль, потому что чувствую легкое касание к своей руке со стороны Кристиана. Кошусь в его сторону и вижу, зажатый в его пальцах и сложенный в несколько раз тетрадный листок в клетку.
Бросаю осторожный взгляд на Лейлу. Убеждаюсь, что она в телефоне и быстро перехватываю записку от Кристиана.
За пять минут до этого он действительно что-то писал на листе. Я еще удивилась, зачем ему записывать материал, если это даже не его предмет. Оказывается, он писал мне.
Я будто возвращаюсь на секунду в начальную школу, когда еще не было телефонов и мы вот так переписывались на уроках с одноклассниками.
Пара заканчивается и Кристиан первым срывается с места. Поспешно исчезает в коридоре.
— Наконец, — с видом мученицы произносит Лейла, — что там у вас дальше по расписанию?
— А тебе обязательно везде меня сопровождать? — интересуюсь я.
В ответ Лейла только фыркает.
— Я, конечно, не против, но знаешь… это как-то немного напрягает.
— Будто я сама горю желанием. Но все вопросы к Демиду, — недовольно бросает Лейла и первая спускается вниз.
Я иду следом и, пользуясь тем, что она ко мне спиной, быстро разворачиваю записку.
«После третьей пары, туалет на первом этаже. Узнаешь обо всем, что происходит».
Быстро озираюсь по сторонам, а потом рву записку и бросаю в объемную корзину для мусора, установленную при выходе из аудитории.
— Ты идешь, Ульяна, — оборачивается ко мне Лейла.
— Да, конечно, — киваю я.
Очень удобно, третья и четвертая пары у нас как раз на первом этаже. Наконец, все прояснится.
Следом за Лейлой я выхожу в коридор и тут же натыкаюсь взглядом на ненавистную широкоплечую фигуру.
Блондинка со второго ряда уже вовсю трется рядом с Демидом и несет такой бред, что уши вянут. Мысли ее и того дурнее. Сплошное восемнадцать плюс.
Блондин тем временем тоже не теряет времени зря. Пытается подкатить к предмету своих мечтаний, но это выходит так смешно и неумело, что Свиридова его тут же посылает. А парень впадает в ступор.
Демид между тем отцепляет от себя блондинку и походкой хозяина жизни направляется прямиком ко мне.
Лейла с облегчением выдыхает и тут же испаряется.
— Ну, что? Как успехи? — интересуется Демид, едва успевает подойти.
— Пока никак, — вру я, скромно потупив глаза.
На такой шаг я решаюсь буквально в последний момент. Но это кажется такой блестящей идеей.
Пусть думает, что мои способности не так сильны, как он рассчитывал. Может тогда его внимание к моей персоне хоть немного ослабнет.
