– Надо отнести ее назад в гостиницу. – Она снова, напрягая мускулы, попыталась поднять бабулю на ноги, но все тщетно.
– Кхм-кхм.
Хэтти обернулась к Эллиоту, злая на него – за то, что отвлекает от единственного важного прямо сейчас дела.
– Я бы мог понести ее, – предложил он.
Мальчишка снова обернулся каменным, став крупнее бабули и Хэтти вместе взятых.
– Отлично, – ошеломленно пробормотала Хэтти. – То есть это… спасибо. Думаю, получится.
Через полчаса они вернулись в затененный вестибюль «Неясыти». Из-под пыльного абажура на потолке лился приглушенный желтоватый свет, в котором блестели белые фарфоровые совушки на приставном столике. Теперь, после того, что Хэтти повидала в лесу, они больше не казались ей такими уж страшными.
Мистер Николлс открыл им дверь в старенькой пижаме и тапочках-совах и, увидев их, вытаращил глаза, а потом сразу же поспешил наверх разбудить папу. Хэтти боялась даже подумать, что он скажет.
Они с Эллиотом усадили бабулю на деревянный стул. Кроссовки Хэтти все еще были мокрыми, но это заботило ее меньше всего.
– Эта штука с камнем, – пробормотала она. – Это… магия?
Ей нужно было чем-то занять голову.
Эллиот кивнул, прижимая к носу салфетку. Перед тем как позвонить в дверь, он снова стал собой; обратное превращение было таким же быстрым и странным, зато теперь Хэтти понимала, зачем он носит безразмерный дождевик. Эллиоту нужна была одежда, которая будет прикрывать его в любом облике.
– В Средневековье тут жила одна ведьма, – сказал он, комкая салфетку. – Ее звали Каргой из Тандла. Если верить Ди, то это она расколола лес надвое и открыла лазейки в Не-Лес. Правда, не нарочно. Потом она сотворила магический дар: четыре силы четырем семьям, чтобы те во все времена защищали долину. Так и родился Орден сломанного дерева.
Он плюхнулся на стул рядом с бабулей.
– Дары передаются из поколения в поколение. Моя мама – родная мама – могла подчинить себе камень. У меня все немного иначе. Магнус управляет водой, а Скай… она вытворяет всякое с солнечным светом.
Хэтти закусила губу. Эллиот ничего не сказал о том, какая сила у бабули, но ведь и так было ясно, что она умеет. Разве нет?
Она посылала ей ветки, каждый год…
Хэтти вдруг стало невыносимо грустно. Она думала, что бабуля просто чудная, а на самом деле та пыталась ей что-то сообщить. Что-то важное.
– Твоя очередь, – сказал Эллиот. – Чего оно хотело? То чудище? Оно сказало, что ты у него что-то там забрала.
Не успела Хэтти ответить, как наверху загрохотали шаги. По лестнице вихрем спустился папа. Он еще не продрал глаза, волосы торчали во все стороны, как иглы дикобраза, а кардиган был застегнут вкривь и вкось.
Хэтти приготовилась.
– Ты где… – начал было папа, а потом увидел бабулю, и у него отвисла челюсть. – Ох… – На последних шагах он практически упал на колени.
На лестничной площадке стоял мистер Николлс, и ему было очень неловко.
– Она едва в сознании… – пробормотал папа, проверяя бабулин пульс и дыхание. Потом обернулся и крикнул в сторону лестницы: – Сунита! Джонатан! Все в машину, сейчас же.
Он повел бабулю к двери, и Хэтти поспешила помочь ему.
– Сами отвезем ее в больницу, – произнес папа, обращаясь больше к самому себе. – Будет быстрее, чем ждать скорую, в таком-то захолустье.
Еще ни разу Хэтти не видела, чтобы он так паниковал.
На площадке появилась Сунита. Полностью одетая, она вела Джонатана, нацепившего шапочку-обезьянку и куртку поверх пижамы.
– Некогда его одевать! – нетерпеливо бросил папа.
– Моя машина ближе, – сказала Сунита. Она не просто окончательно проснулась, но и говорила совершенно спокойно. – Я отвезу Дидру.
– Я с вами, – вызвался Джонатан и зло посмотрел на Хэтти.
Сразу стало ясно, что он снова на нее разозлился. Она уже второй раз отправилась на поиски приключений без него. Правда, сейчас у Хэтти совершенно не осталось сил на угрызения совести. Братишке же всего семь лет. Что ей еще было делать? На нее сегодня такое свалилось!.. Как бы он все это воспринял?
– Мы все можем поехать на одной машине, – сказал папа. – Нас всего пятеро.
– Шестеро, – твердо поправил Эллиот.
Папа уставился на него.
– Прошу прощения, но… кто ты такой?
– Друг Ди.
– В смысле, Дидры, – пояснила Хэтти. – И он правда друг. А вообще, это он тогда вломился к бабуле в дом. Но только потому, что беспокоился за нее.
Папа хотел было возразить, но вместо этого вскинул руки и закатил глаза.
– Ладно! Возьмем обе машины.
Они высыпали на улицу в ночь. Сунита повела Дидру к своему темно-зеленому «Мини», а Джонатан поплелся за ними следом. Тем временем Хэтти с Эллиотом забрались на заднее сиденье в машину к папе.
Хэтти смотрела папе в затылок все время, пока он заводил мотор и, вспоров светом фар ночную тьму, выезжал на дорогу. Он злился на нее, а ведь она всего-то пыталась спасти бабулю.
Знал бы он, через что она прошла…
Хэтти нахмурилась.
Ей вспомнилось кое-что, что случилось перед самым знакомством с Сунитой. Это было возле «Неясыти» и в тот момент показалось неважным, но когда она спросила папу о бабуле – о том, правда ли та ведьма, – то на вопрос он не ответил.
