Братик с несчастным видом запустил руку под куртку и вытащил что-то из-за ворота пижамы. Кулон на черном шнурке. Тонкий ключик из белой березы.
«Отдай ключик, и я тебя оставлю».
Вот теперь Хэтти вспомнила: на фото в потайной комнате мама сидела на пляже, и на шее у нее правда висел ключ. Джонатан не ошибся, она всюду носила его с собой, постоянно. Это было видно на каждом снимке.
А Хэтти думала, что это просто такое украшение. Но вдруг ключ – это нечто большее?
От чего он? Что отпирает?
Хэтти охватил странный ужас, от которого по коже побежали мурашки.
– Так вот почему они его не нашли, – произнес кто-то с порога. – Надо было догадаться.
Хэтти, не смея и надеяться, обернулась.
Бабуля все еще была бледная, а волосы больше не стояли торчком, словно иглы. Позади, готовые, если что, поддержать ее, ждали Скай и Сунита. Но это правда была бабуля.
– Ну, привет, вы двое, – сказала она. – Думаю, пришло время поболтать.
Хэтти, раскинув руки, бросилась к ней через всю комнату и крепко обняла.
– О Хэтти, – слабо улыбнулась бабуля. – Ты не представляешь, как я рада тебя видеть. Не представляешь, как долго мне… – Она замолчала, чуть не плача. – Ладно, что уж там. Давненько не виделись, а?
Хэтти глубоко зарылась лицом в ее старое лоскутное пальто. Бабуля снова пахла собой, и Хэтти глубоко вдохнула простой аромат лавандовых духов, по-прежнему такой родной. Бабуля вернулась. По-настоящему.
Тут и Джонатан налетел на них, и они втроем, не говоря ничего, крепко обнялись.
«Мы приехали к тебе», – подумала Хэтти.
– Крепкая, как старые ботинки, – заметила Скай, когда они наконец отстранились от бабули. Девочка стояла, привалившись к дверной раме и восхищенно глядя на Дидру.
– Спасибо тебе, – сказала Хэтти. – И Магнусу тоже. За то, что спасли ей жизнь. – Она шагнула было к Скай, но та выставила руки перед собой.
– Эй! Не хочу, чтобы и ты провоняла мертвым барсуком. Этот запах так просто не смоешь.
– Не принимай на свой счет, – сказал Магнус, протискиваясь в комнату и неся кипу увядших цветов. – Она вообще обниматься не любит.
– Да кто ж захочет с тобой обниматься? – парировала Скай.
– Ну так что, воссоединение закончено? Славно. – Магнус бросил цветы на ковер. – Гирлянды из маргариток. Ну же, не стойте просто так!
– Что происходит? – спросила Сунита, неловко застыв в дверях.
– Это для зашиты, – пояснил Магнус. – Маргаритки, сорванные при молодой луне. Они сдержат врагов. По крайней мере на какое-то время. – Он пересек комнату и принялся укладывать гирлянду из цветов вдоль каменного подоконника.
– Постойте, так мы тут остаемся? – Хэтти яростно замотала головой. – Нет! А как же папа? Надо его спасти, мы…
– Этого они и ждут, глупая, – отрезал Магнус. – Чтобы мы сами покинули убежище. Отправились в западню.
– Боюсь, Магнус прав, – подтвердила бабуля. Она хмурилась; облегчения на лице как не бывало. – Скоро они все равно придут. Я пока все расскажу, но сперва уложите цветы у каждой двери и под окнами. Во что бы то ни стало никого нельзя сюда впускать. – Она помедлила. – И принесите, пожалуйста, кто-нибудь мятных леденцов.
Вскоре бабуля устроилась в большом кресле и принялась разворачивать конфетку.
– Присядьте, – велела она.
Хэтти и остальные расселись полукругом на затертых диванах и креслах. Света одной-единственной лампочки даже близко не хватало на всю большую комнату, и по старому ковру протянулись длинные тени.
Скай в это время подвесила к каминной полке, под портретами Энглмайров, небольшой хрустальный колокольчик. Он напоминал елочную игрушку, а тонкой нити, на которой он висел над прогоревшими углями, почти не было видно.
– Так, небольшой волшебный трюк, – сказала Скай. – Хрустальный колокольчик на нитке паучьего шелка. Он предупредит нас, если кто-нибудь приблизится к дому.
За десять минут они разложили гирлянды из маргариток у всех окон и дверей, какие только нашли в доме, а Магнус заставил всех разуться. Потом Скай принесла старую жестянку из-под краски – в ней была густая бурая смесь, которую бабуля пальцем нанесла всем на лоб. Джонатан сперва не давался и ныл, что эта штука воняет, но бабуля заверила его, что она волшебная и защитит.
И вот теперь они сидели в ожидании, пока бабуля покончит с конфеткой.
Снаружи снова пошел дождь. Эллиот теребил «молнию» на дождевике, Магнус поедал имбирно-ореховые печенья одно за другим, прямо из пачки.
Орден сломанного дерева, казалось, пребывал в крайнем волнении – все, кроме Скай. Та уселась на подлокотнике кресла и ковыряла под сломанным ногтем.
Хэтти сидела втиснувшись между Джонатаном и Сунитой, затаив дыхание.
Наконец бабуля догрызла и проглотила леденец.
– Итак, – начала она. – Эллиот, дай бог ему здоровья, рассказал мне о письме, из-за которого вы приехали. – Она печально улыбнулась Хэтти и Джонатану. – Какая же я была глупая. Знала же, что что-то происходит. Чувствовала это в деревьях и готова была поклясться, что Брэдли Купер пытается меня предупредить. – Она закашлялась. – Да, да, знаю, это просто белка. К тому же чучело.
