– Зови охрану! Я не выйду отсюда.
Дважды просить не пришлось. Трое парней из службы безопасности взяли его под локти и выставили на улицу. Барабанщик, которому басист оставил огромный синяк на плече и царапину на шее, просил их «поаккуратнее», звукорежиссер молча болтал головой из стороны в сторону, словно не веря в происходящее. Световик сидел в позе мыслителя и отводил взгляд. Было стыдно за то, что басист один из нас. Из команды. Когда его выносили, он орал. Музыкальные инструменты ему привезут позже.
– Чо дальше? – спросил гитарист, открывая бутылку виски.
Мы не знали. В дверь постучали, затем она приоткрылась, и в гримерку просунулась голова Артиста:
– Все?
– Все!
– Уволила?
– Да.
Артист зашел в гримерку в танце. Схватил стул и станцевал с ним, снял с вешалки куртку стейдж-менеджера, станцевал и с ней. Он улыбался и был совершенно счастлив.
Группа смотрела на него с недоверием из серии «С ума сошел шеф-то?».
Отплясав, Артист сообщил:
– Никакого афтепати с гостями. Поехали бухать бандой!
Так быстро после стадионного концерта мы, кажется, еще не собирались. Через каких-то десять минут наш туровый автобус выезжал из чрева стадиона. Фанаты, столпившиеся у служебного выезда, провожали нас восторженными криками.
Они еще не знали, что нас стало меньше на одного.
Со стадиона мы направились в клуб, где всегда что-то происходит. Раз в пятилетку именно там я встречаю человека, который полностью меняет мою жизнь. Это тоже сильно связано с самолетами, потому что клуб называется «Китайский Летчик Джао Да». Известно, что владелец клуба, помимо музыки, занимается бортовым питанием самых популярных авиакомпаний в стране.
Это был очень странный выбор. Логика и текущий статус группы говорили против такой локации. Но как-то потянулось сердце, и мы пошли. За соседним столом расположилась Драг-Королева российского шоу-бизнеса. Экстравагантная персона сидела в бархатной пижаме, вокруг нее на стульях, стараясь занимать поменьше места, находилось обязательное для ее имиджа придворное окружение.
В этом окружении среди прочих была Она.
Если предположить, что у Прекрасной Розы и Маленького Принца родился сын, получилось бы вот Это.
Она.
Бывают такие встречи, которые запоминаешь сразу, с первой секунды, с первого пересечения взглядов. Запоминаешь, чем пахло в тот момент, какая музыка была.
Играла Mushaboom и пахло жареной картошкой.
Есть такие встречи, в которые помнишь вcе до малейшей детали.
Трещину на потолке, изъян на бокале, Ее улыбку и наклон головы до того, как Она подняла голову и посмотрела на тебя.
В общем, помнишь совершенно все. Как правило, такие встречи ничем хорошим не заканчиваются, но как сладостно возвращаться, и возвращаться именно в те секунды начала.
До того как обратить на меня внимание, Она сидела, склонив голову в сторону кого-то из свиты Драг-Королевы. И в целом казалось, что с Ней все хотят говорить, а Она, как любезный монарх, позволяет себя отвлекать от собственного внутреннего монолога. Ее улыбка за несколько секунд моих наблюдений успела достаться трем людям за столом. Это была даже не улыбка, а свет чистой энергии. Как дурачок, я пялилась на это ангелоподобное существо и теряла самоконтроль.
– В ногах правды нет! – окликнул меня клавишник, и тут Она подняла глаза. Сначала формальное внимание, затем интерес, взмах ресниц, уголок Ее губ дернулся, и меня одарили приветственной улыбкой.
– Да! Иду! – чуть более, чем радостно, сказала я в никуда, по-дурацки подмигнула незнакомке и села за стол к группе.
В компании пацанов всегда можно затеряться, и мое глупое подмигивание фее с соседнего столика скоро будет забыто, я растворюсь, я в черном, я директор классной группы, я неприкосновенна, и мои нервные подергивания глазом можно воспринять как часть имиджа.
Черт! Зачем я подмигнула?!
За соседним столиком Драг-Королева перманентно и громко провоцировала:
– Гарсон, вина! И легализуйте там однополые браки, в вашей этой Испании! Совсем охуели, гребаные гомофобы!
Королева кричала, снова просила вина, снова отчитывала официантов, звала всех танцевать. А больше всего хотела, чтобы с ней танцевала я. Она улыбалась мне, эта взрослая женщина/мужчина, поющая песни про любовь и эпатирующая всем – от нарядов до поведения.
В какой-то момент Драг-Королеве удалось увлечь меня на танцпол, несмотря на мои протестующие комментарии.
– Я не танцую после третьего мартини. К тому же на мне совершенно отсутствуют положенные случаю шпильки.
– Такие, как ты и Моника Беллуччи, могут себе позволить выглядеть как угодно, милая.
На весь предстоящий вечер я – Моника. И весь предстоящий вечер меня будут изучать самым заинтересованным взглядом, каким я удостаивалась за последние несколько лет. Знаете, то чувство, когда тебя именно сверлят, когда тебя хотят. На меня смотрела Она, продолжая оказывать знаки внимания и всем окружающим.
