или таким становится лицо после снятия макияжа, если смотреть на него со слишком близкого
расстояния?
Лица ВЕНКЕ и ТЕРЕЗЫ тоже меняются. Кожа вокруг глаз опухает, краснеет и болит, как будто веки трансформируются в губы, а радужная оболочка расщепляется на мелкие цветные частицы калейдоскопа.
В конце концов из всех отверстий на теле ШМЕРЧА начинает течь коричнево-черная масса. Она выглядит то густой, то более жидкой, водянистой.
Девочки начинают размазывать ее по всему его телу, сначала, чтобы убрать черную желчь, а потом – просто чтобы немного посвинячить. Вещество начинает пузыриться на его коже, как медленно закипающее масло.
Пузырьки в кипящей жидкости вокруг мяча на животе лопаются.
ШМЕРЧ быстро дышит и закрывает глаза от боли. Девочки с пузырями на губах глубоко вдыхают и выдыхают, словно роженицы, и он пытается повторять за ними.
Девочки изучают выпуклость на животе, которая двигается, как палец под ковром. Они собирают лишайник, мох, листья и цветы и кладут на нижнюю часть живота ШМЕРЧА.
Тонкие стебли и листья растений собираются вместе, образуя толстые складки вокруг выпуклости. Постепенно мы понимаем, что они складываются в отверстие, вагину, как будто создают скульптуру или предмет одежды. Девушки убирают руки, и мы видим, что складки пришли в движение, стали маленькими щупальцами.
Затем девушки прижимают пальцы к вагине, которая медленно начинает открываться. По их рукам течет коричнево-черная масса.
ТЕРЕЗА передвигается поближе к лицу ШМЕРЧА и аккуратно вставляет ему в рот веточку, чтобы он зажал ее между зубами. Она начинает дышать ему в лицо, и он снова пытается повторить ее сильные учащенные вдохи. В этот момент ВЕНКЕ вводит в отверстие сначала один палец, потом два, а потом всю руку. Рука полностью уходит внутрь, как в задницу коровы. ТЕРЕЗА продолжает дышать. Они кричат.
ВЕНКЕ и ТЕРЕЗА: PUSH!
ШМЕРЧ тужится и выкрикивает долгий звук НННННННННННННННН. Черная кровянистая жидкость больше не брызжет, она более спокойными толчками выливается из вагины, продолжает стекать красивыми потоками лавы по бокам живота и промежности на траву. Языки ТЕРЕЗЫ и ВЕНКЕ плавают в прозрачной слюне, и пот бежит по их подбородкам, пока они продолжают работу.
ТЕРЕЗА поворачивается к ВЕНКЕ, которая с видимым усилием достает круглое белое яйцо, пока ШМЕРЧ тужится в последний раз. Все трое входят в еще более глубокий транс с яйцом в руках.
ТЕРЕЗА: Мы нашли его.
ВЕНКЕ: В лунке, которую мы сделали своими руками. Я была там, внутри.
ТЕРЕЗА: Как там было?
ВЕНКЕ: Тепло и мягко, все красное и черное, белое и желтое.
ТЕРЕЗА: Яичный белок и желток.
ВЕНКЕ: У меня не было доступа туда, но меня не вытолкнули.
Постепенно все трое выходят из глубочайшего транса. ВЕНКЕ слегка покачивает головой из стороны в сторону, будто делает упражнение на растяжку. ТЕРЕЗА осторожно меняет позу. Они смотрят друг на друга.
Непонятно, кто произносит:
– Я почувствовала, что стала так близка к тебе, я сошла с ума?
Может, это лес, может, ВЕНКЕ, может, ТЕРЕЗА, может, это я говорю тебе.
ТЕРЕЗА и ВЕНКЕ кладут яйцо, блестящее, сверкающее, излучающее свет, как от фонарика или айфона, на грудь ШМЕРЧА. Он устал и счастлив. Он гладит яйцо и смеется.
Но затем он дергается и снова впадает в транс. Мы видим, как его волосы и кожа начинают таять, а магическая вагина начинает гнить. ШМЕРЧ по-прежнему улыбается, но дышит прерывисто.
Затем он постепенно становится все более зернистым,
как снимок, качество которого снова и снова
ухудшается,
как снимок, который постоянно переформатируют, а разрешение становится все меньше,
пока он не станет совсем неясным и мутным.
Тем временем ТЕРЕЗА и ВЕНКЕ шепчут уже по-норвежски:
– Куда ты собрался? Не бойся, расслабься. Иди туда, внутрь, но не к яичному белку. Ты видишь, видишь другие цвета? Там так много других цветов. Иди к ним. Ты видишь черный, черные сливы? Иди к сливам. Иди к ним. Хорошая смерть.
ТЕРЕЗА и ВЕНКЕ (напевают):
ШМЕРЧ уже полностью исчез в широко разлившейся луже черной желчи, пузырящейся и шипящей. Остались только скелет и гниющая призрачная вагина, фантомное отверстие.
Яйцо наклоняется к краю, как будто подумывает
прыгнуть обратно в отверстие,
но оно постепенно закрывается, очень медленно,
пока не станет полоской шва,
и наконец тает, стекая в черную лужу,
которая, шипя, превращается в черный комок
каши.
Две руки ложатся на кашу.
Сатанинский пакт между тобой и мной.
Они начинают подбирать куски скелета, отрывая их друг от друга. Зубами, силой рук и сокрушительными ударами ног они ломают скелет и придают ему новую форму.
После этого они ложатся по обе стороны от костяной скульптуры, с облегчением выдыхая.
Сверху можно увидеть двух девушек, отдыхающих, лежа на спине с руками, вытянутыми над белой костной массой, которая образует перевернутый крест с черепом наверху и яйцом посередине.