Улыбка Эвелин могла бы резать стекло, пока она сверлила меня взглядом. Мне снова хотелось взглянуть на Миллера, но они с Эмбер исчезли.
– О нет… – Я встала на цыпочки в попытке заметить их в толпе.
– А теперь, – нараспев произнес диджей, – пришло время традиционного королевского танца Короля и Королевы нашего Осеннего бала! Пожалуйста, помогите мне для начала поприветствовать нашего Короля, Ривера Уитмора!
Толпа зааплодировала, и все принялись оглядываться.
Диджей повторил еще раз.
– Ваш король, Ривер Уитмор!
Щеки обожгло жаром, когда на меня уставились сотни глаз, кто-то с жалостью, а кто-то с любопытством. Некоторые хихикали и перешептывались. В сумочке завибрировал сигнал сообщения. Сознавая, что за мной наблюдает вся школа, пока диджей тянет время глупыми шутками, я вытащила телефон и прочитала эсэмэс от Ривера.
Я не смогу. Прости.
Беспокойство, что с ним или с его мамой что-то случилось, испарилось, смытое волной унижения. Но оно несло с собой странную легкость. Как будто с меня сняли тяжкое бремя.
– Он не придет, – пробормотала я.
Телефон выскользнул из моей дрожащей руки и упал на пол. Я взглянула на море глаз, все еще наблюдающих за мной. Джулия и Кейтлин посмотрели на меня с жалостью, а Эвелин не смогла скрыть торжествующую ухмылку. Кто-то велел диджею включить еще одну песню, и зал заполнила музыка, перекрывая шепот и разговоры.
Все это неважно. Я должна найти Миллера. Он важен, и мне потребовалось много времени, чтобы понять это.
Я выбежала из зала и завернула за угол. Холодный ночной воздух остудил мои пылающие щеки, и я резко остановилась. У меня перехватило дыхание.
Примерно в двадцати ярдах от меня, прямо за краем света от прожектора, стоял Миллер, прислонившись к стене. А на коленях перед ним сидела Эмбер, спиной ко мне, положив руки ему на бедра и двигая головой. Его глаза были закрыты, красивое лицо исказила гримаса. От боли или удовольствия, я не могла сказать точно. Я снова скрылась за углом и ударилась голыми лопатками о грубую цементную стену. Пришлось прижать ладонь ко рту, пока из горла не вырвался хоть какой-то звук. Дыхание стало хриплым, а ноги ватными.
– Дура, – прошептала я, слезы лились ручьем. – Какая же я дура!
Слишком поздно. Я опоздала на четыре года и несколько минут.
Через несколько жестоких мгновений первая острая боль прошла. Тугой узел в груди сжался сильнее и свинцовым шаром лег на душе. Я глубоко вдохнула и вытерла слезы, оставляя на пальцах пятна туши.
Затем оттолкнулась от стены и пошла домой.
Мы сегодня встречаемся или нет??
Я прочитал сообщение от Эмбер и вздохнул.
– У-у-у, – протянул Холден слева от меня. Солнечным утром мы шагали по лужайке к школе, Ронан шел справа. – Проблемы с девчонками. Снова. Ты всегда можешь перейти в мою команду. Меньше драмы.
Я смерил его взглядом.
– Меньше драмы?
– Ладно, ладно,
– Твоя правда, – согласился Ронан.
Я ничего не ответил. Они не понимали. Да, я остался с Эмбер, потому что, как последний придурок, позволил ей отсосать мне на балу. Другие парни, возможно, уже бы кинули ее, но я не такой. Эмбер не заслуживала, чтобы ею попользовались и выбросили, как одноразовую игрушку.
Более того, я уговорил себя начать с ней встречаться. Она была милой, умной и красивой – длинные светлые волосы и густые брови делали ее похожей на сырую версию Кары Делевинь. Я проводил с ней время, потому что все время ждал, что именно в этот вечер или в это свидание между нами вспыхнет искра и я наконец смогу забыть Вайолет.
Но искра все не вспыхивала – ни физически, ни эмоционально. Мое упрямое сердце отказывалось отпускать Вайолет. И было очевидно, что никогда не отпустит.
– Ты прав, – признал я. – Просто… – Я остановился и огляделся.
Студенты, как обычно, кучковались по компаниям в ожидании первого звонка, но теперь все уставились на нас, улыбаясь и украдкой переговариваясь. Девушки кокетливо махали. Парни приветственно склоняли головы.
– Что за черт? – Я посмотрел на Ронана. – Из-за тебя?
Он пожал плечами.
– Меня только что в очередной раз отстранили от занятий.
Уже четвертый. У Ронана и заместителя директора Чаудера были отношения по образцу Бендера и Мистера Вернона из «Клуба «Завтрак». Ронана оставляли после уроков или отстраняли от занятий чаще, чем он появлялся в классе.
– Ты написал баллончиком «Насильник» на новеньком джипе Майки Гримальди, – сказал я. – Большинство девушек считают тебя героем. Вполне возможно, что все здесь ради тебя.
– Они не знают, что это сделал я, – возразил Ронан, – и меня отстранили не за это.
Холден бросил на меня сочувственный взгляд.
– Знаю, я тоже не поспеваю за его выходками, – он обвел толпу рукой. – Все это, мой друг, для тебя. Может быть, из-за твоего выступления на зимнем Шоу талантов?
