– Ну хорошо. – Лионелла закрыла ноутбук. – Прости, что задерживаю. – Она подошла к телефону и позвонила в гараж: – Машину через десять минут к дому, пожалуйста.
Проводив Тихвину, Лионелла оделась и вызвала горничную:
– Костюм из химчистки доставили?
– Еще вчера вечером.
– Принеси. И, кстати, завтрак уже накрыт?
– Лев Ефимович ждет вас в столовой.
– Передай, что скоро спущусь. Костюм положи на кровать, упакую сама.
К завтраку Лионелла спустилась, как обещала, через несколько минут.
– Хорошо выглядишь, – улыбнулся Лев, увидев ее.
– Просто не накрасилась. Сегодня после обеда съемки в мосфильмовском павильоне.
– Всегда говорил: без косметики тебе лучше.
– Спорное утверждение, однако имеет право на жизнь.
– Кто у нас ночевал?
– Марианна Тихвина.
– Жена Егора Макаровича? С чего это вдруг?
– Некрасивая история. Он избил ее в ресторане. Пришлось ехать в Боткинскую.
– А где же сам Тихвин?
– Вероятно, уехал домой.
– Какая низость! – Лев раздраженно кинул салфетку. – Однако на него очень похоже.
– Тебе лучше знать, – многозначительно обронила Лионелла.
Она подозревала, что муж знает о Тихвине нечто такое, что для многих остается тайной за семью печатями.
Поднявшись после завтрака в спальню, Лионелла упаковала костюм и вызвала горничную, чтобы она отнесла одежду в машину. Сама занялась сбором косметики, однако ее прервал телефонный звонок.
– Слушаю…
– Это Ольшанский. Прости, что звоню.
– Действительно, сто лет не звонил.
– В продолжение вчерашнего разговора…
– Давай.
– Не телефонный разговор.
– Что тогда делать?
– Можешь прийти ко мне?
– У меня скоро съемка…
– Это не займет много времени. – В голосе Кирилла слышались не свойственные для него просящие нотки.
Лионелла поняла – дело того стоит, и пообещала:
– Перед отъездом в студию загляну.
– Жду.
Она ускорила сборы, спустилась вниз и вышла во двор. Бросила водителю:
– Ждите, – и вышла за ворота.
Кирилл встретил ее у калитки своего дома. Увидев, выбросил сигарету:
– Здравствуй.
– Что стряслось?
– Идем в дом. – Прежде чем закрыть за собой калитку, он высунулся и оглядел улицу.
– Я заинтригована, – заметила Лионелла.
– Подожди-и-и… – многообещающе протянул Кирилл и первым зашагал к дому.
Они вошли в прихожую, поднялись на второй этаж. Кирилл демонстративно распахнул дверь гостевой комнаты:
– Прошу!
Лионелла вошла в комнату, которую хорошо знала еще с юности.
– Боже мой! – прошептала она и бросилась к дивану, на котором спиной к ней лежал молодой мужчина. Развернув его к себе, Лионелла воскликнула: – Как ты мог?!
Максим Стрешнев провел ладонью по лицу, будто умылся, и сел, опустив ноги на пол:
– Что значит – мог? Я ничего такого не сделал.
– Где ты был?! Знаешь, что тебя в озере ищут? И еще, что гораздо хуже, – подозревают в убийстве Юрия Друзя!
– С этим не соглашусь. Лучше отсидеть, чем утонуть в озере.
Лионелла села рядом:
– Рассказывай. Что случилось, когда вы с Друзем поплыли на катере?
– Мы никуда не плыли. До катера я не дошел.
– То есть как?
– Я уехал, – уклончиво произнес Максим.
– Это не смешно! Никто не подтвердил, что ты уехал в «Рыбачий» вместе с другими.
– При чем тут «Рыбачий»? Я уехал в Архангельское.
– Зачем? – растерялась Лионелла.
– Когда я шел к эллингу… Ну, чтобы уехать с Друзем. Возле меня остановилась машина. Видела среди гостей грудастую телку?
– Черноволосую с толстыми ногами?
– Ноги у нее нормальные. – Стрешнев ухмыльнулся. – В общем, в машине была она. Я сел, и мы укатили…
– Навстречу счастью, – догадалась Лионелла.
– Вроде того.
– Значит, в Архангельское?
– Там ее дом.
– Телефон зачем отключил?
– Сначала – чтобы не мешали. Потом – из-за того, что боялся.
– Когда узнал о том, что случилось с Друзем?
– Ей позвонили.
– И конечно, толстоногая тебя не выдала?
– Дались тебе ее ноги!
– Ну так что?
– Ей ничего не оставалось, кроме как молчать. Она замужем.
– В таких случаях говорят: высокие отношения.
В разговор вмешался Кирилл:
– Сбавь обороты, Машка. Сейчас не морализировать нужно, а придумать, как его вытащить.
– Что-то я не пойму… – Она строго посмотрела на Ольшанского. – Вы-то как встретились?
– Максим приехал ко мне и все рассказал.
– А разве вы знакомы? – удивилась Лионелла.
На что Кирилл ответил:
– Как будто не знаешь, что Москва – большая деревня. Тысячу лет в одной тусовке тусуемся.
– Послушай, – Лионелла обратилась к Максиму, – я не понимаю… Если той ночью ты не пришел в эллинг, зачем Юрий Друзь поплыл в «Рыбачий»?
Стрешнев помотал головой:
– Не знаю. Может, еще кого-то повез?
– К тому времени все наши уехали.
– Мне трудно объяснить.
– Ну хорошо… – Лионелла взглянула на часы. – Мне пора на съемку.
– В «Мосфильме» снимаемся? – Стрешнев поднялся с дивана. – Как же без меня? Может, и мне?
– Нет, Максим. Тебе лучше остаться здесь.
– Какой в этом смысл? Рано или поздно найдут.
– Давай так: я разведаю обстановку, потом все расскажу тебе. После этого мы все втроем сядем и решим, что делать дальше.
Ольшанский пошутил:
– Главное, чтобы твой муж не решил, что ты бегаешь ко мне на свидания.
– Без комментариев.
Лионелла вышла из комнаты, спустилась вниз и поспешила к своей машине.
