– На утренней пробежке споткнулась, упала и разбила лицо.
– Не слишком похоже на правду, – скептически заметила Лионелла.
– Во всяком случае, Комиссаров поверил.
– Ему сейчас не до этого, – сказала Лионелла.
– Я знаю про Стрешнева. – Помолчав, Марианна добавила: – По крайней мере, он жив, а виноват или нет, суд разберется.
– Ну хорошо… Надеюсь, увидимся.
– Что значит – надеешься? – удивилась Марианна. – Я думала, что ты остановишься у нас. Я настаиваю на этом.
– Не знаю… Я подумаю, – протянула Линелла и вдруг вспомнила: – Ты передала телефон Кречету?
– Конечно, в тот же день, как только вернулась.
– Что он сказал?
– Ничего.
– Ну хорошо. Завтра после обеда я буду у вас.
– Ждем!
Собравшись с вечера, Лионелла выехала из дома в десять утра. Лев уехал в аэропорт много раньше, часов в пять, но прежде зашел в спальню, чтобы поцеловать жену, она вяло ответила и пожелала счастливого пути.
Всю дорогу Лионелла думала то о Стрешневе, то об Ольшанском, то о Бирюковой. В голове не было никакого порядка, и это раздражало. Мысли скакали, как блохи на собаке. Решив, что картинка не складывается оттого, что не пришло еще время, Лионелла сосредоточилась на дороге, стараясь не думать ни о чем. Вскоре она доехала до усадьбы Тихвиных. Посигналила, и ей открыли ворота. Марианна вышла на крыльцо и заключила Лионеллу в объятия сразу, как только та вышла из машины.
– Идем, в столовой уже подали обед. – Она радовалась ей, словно ребенок. – Мне так тебя не хватало!
Удивившись таким проявлениям чувств, Лионелла не подала виду, а только попросила несколько минут, чтобы зайти в ванную.
За обеденным столом, накрытым с необычайной роскошью и размахом, сидел сам Тихвин, Комиссаров, технолог Кислянский и еще несколько человек, которых Лионелла уже видела, но лично не знала.
– С прибытием! – поприветствовал ее Тихвин.
Комиссаров встал, выдвинул стул и пригласил Лионеллу сесть рядом с собой.
– Послезавтра у нас торжество, – объявил Тихвин. – Дочери Аленушке исполняется два года. Соберется около двухсот человек гостей. Приглашаем вас с супругом.
– Спасибо, но, к сожалению, Лев уехал.
– Надеюсь, хотя бы вы поприсутствуете. Будут известные артисты, около двадцати человек, в том числе из-за рубежа. Инструментальный квартет. Фьоки[20]. Вечером, как водится, салют. Да! И еще – цирк лилипутов.
– Ну, если только цирк лилипутов, – улыбнулась Лионелла.
Режиссер Комиссаров заметил:
– Нам предстоят напряженные съемки.
– Одно другому не мешает, дорогой друг. Надеюсь всех вас увидеть на праздновании дня рождения нашей дочери.
– Наши уже приехали? – спросила Лионелла у Комиссарова.
Он посмотрел на часы.
– Думаю, да.
– Во сколько завтра начинаем?
– Когда появится свет.
– Часов в десять? – уточнила она.
– Нас отвезут… Но, если честно, сценарист еще не закончил корректировку сценария. По результатам сегодняшней ночи все будет ясно.
Обед закончился, и Лионелла вместе с Комиссаровым поднялась на второй этаж. Прощаясь, он сказал:
– Нужно поработать над режиссерским сценарием.
Ей показалось, что он как можно скорее хотел остаться один. Она бы тоже предпочла одиночество, но вскоре к ней в комнату явилась Марианна.
Изучив лицо Тихвиной, Лионелла поняла, что без хорошего косметолога дело не обошлось. Отеки почти спали, однако синяки вошли в зрелую фазу.
– Прости, что не осталась за столом. – Марианна чуть смутилась. – Сама понимаешь, в таком виде лучше не светиться.
– Не хочу давать оценок, но и молчать не могу. Нельзя такое прощать, Марианна.
– Я знаю, – ответила она и виновато улыбнулась.
Лионелла решила не развивать эту тему.
Марианна продолжила:
– Я очень рада, что ты приехала.
– У тебя все нормально?
– Вот… – Она вытянула руку и указала глазами на браслет, украшенный десятком бриллиантов. – Егор подарил.
Лионелла воздержалась от комментариев. Словно ища сочувствия, Марианна сказала:
– Не одно, так другое. Аленка вдруг заболела.
– Что с ней?
– Отит, боюсь, как бы не было осложнений.
– И как теперь день рождения?
– Не отменять же?.. Егор столько в него вложил. – Марианна вдруг напряглась. – Слышишь?
Лионелла прислушалась и ответила:
– Нет.
– Кажется, Егор. – Марианна выскочила в коридор.
Лионелла побежала за ней. Отсюда действительно был слышен голос Тихвина:
– Марианна! Марианна!
Они спустились на первый этаж. Егор Макарович стоял посреди своего кабинета, вокруг него на диванах были разбросаны вещи. Увидев Лионеллу, он стушевался, однако, не в силах совладать с гневом, крикнул жене:
– Скажи этим дурам, чтобы мою спортивную одежду раскладывали строго по надписям! Сколько раз повторять!
– Что случилось? – встревоженно спросила Марианна.
Лионелла понимала, что ей нужно уйти, но было интересно увидеть, чем все закончится.
– Мои красные спортивные брюки! Где они?!
– Надень другие, например, эти… – Марианна взяла с дивана черные тренировочные штаны и протянула мужу.
Он выхватил штаны и на мгновенье замешкался. Лионелла была уверена, что, если бы не ее присутствие, Тихвин бы отхлестал Марианну этимим штанами.
