Он поднялся, шагнул ко мне, выставив вперед руки, чтобы не испугать – как в ту ночь, когда застал меня снаружи.
– Я знаю, что с тобой такое случалось в детстве. Знаю, кто ты.
Я отступила, облокотившись на раковину.
– Тебе Ригби сказала?
Некрасиво с ее стороны настраивать нас друг против друга.
– Нет, что ты, милая. Я это выяснил, еще когда ты подала заявку на дом. Должен был проверить, откуда такая сумма наличными. – Он кивнул на мою руку. – И шрамы. Я всегда знал, кто ты.
– Я собиралась все рассказать. Для того сюда и пришла.
– Моя жена следила за твоими поисками. Мы хорошо помнили тот случай. Она тогда молилась, даже… – Рик неожиданно замолчал на полуслове и махнул мне, приглашая следовать за ним. Я пошла, зажав нож в руке.
У каждого из нас была своя история и надежда, что другой поверит.
Миновав сейф с оружием, мы подошли к комнате, где я еще ни разу не бывала. Не хотелось идти дальше – мне не нравились слишком узкие стены, отсутствие окон и выходов. Тут Рик открыл дверь, и я увидела залитую светом комнату с креслом-качалкой, старинным буфетом и выкрашенными в голубой цвет книжными шкафами, от пола до потолка заставленными книгами.
– Мой сын больше не вернется. Не может посмотреть правде в глаза. Случилось непоправимое, немыслимое, но я говорил ему, что мы с этим справимся. Больше я его не видел. А потом появилась ты. Я тебя сразу проверил, чтобы убедиться, что деньги чистые. Так я узнал твое бывшее имя и, конечно, вспомнил, кто ты.
Рик подошел к одной из полок и достал книгу, которую я не видела много лет. Бледно-розовая обложка с нашей фотографией. Мать и дочь, обе с длинными вьющимися каштановыми волосами. «В поисках Арден».
– Мари купила книгу твоей матери. Поначалу я даже не поверил, что у нас решила поселиться та самая девочка. – Рик покачал головой, ему не хватало слов, чтобы выразить нахлынувшие чувства. – Знаешь, как будто помочь тебе было моим предназначением. – Его глаза задержались на ноже у меня в руке. – Чтобы на этот раз не сплоховать.
– Рик, поверь, я никого не убивала. Если бы защищалась, остались бы какие-то ранения, следы, правда ведь?
Как же мне хотелось, чтобы он поверил!
– Ну, не знаю… – Он показал на мою ногу.
– Я упала уже потом. Правда. – Я вытянула вперед руки. – Видишь, никаких следов борьбы.
– Ладно, – сказал Рик, не соглашаясь и не возражая. – Они точно обыщут либо твой дом, либо мой. Нина меня сегодня утром спрашивала, можно ли зайти. Я уже через это проходил, поэтому ответил, что только с ордером. Уверен, что они придут обыскивать. Нужно только решить, кого. Им мало догадок, им нужны основания. Вот они и вынюхивают, к кому из нас приходил убитый.
Я вспомнила о предложении Беннетта связаться с его сестрой.
– А ты не говорил с адвокатом?
– Нет, Лив. Предпочитаю с ними дела не иметь.
В доме моего соседа находилось орудие преступления. Если сюда придут с обыском, ему не поздоровится.
– Тот мужчина был здесь из-за меня, – призналась я. – Об этом я и собиралась тебе сказать. Это он нашел меня двадцать лет назад. А теперь у меня его письмо, так что придется поставить в известность полицию. И сын его тоже здесь.
Рик помолчал, потом кивнул на нож.
– Я хорошо почистил, думаю, следов больше нет. На всякий случай потру еще раз хлоркой. – Он помолчал. – Оставь его здесь.
Я покачала головой.
– Нет. – И шепотом добавила: – Я смогу от него избавиться.
В больнице полно контейнеров для колющих и режущих предметов, для биологически опасных отходов.
– А пока нам лучше не общаться.
Помолчав какое-то время, старик наконец согласился:
– Хорошо, Лив.
Все остальное я решила отложить: звонок следователю Ригби, разговор с Натаном.
Конечно, я собиралась показать письмо полиции, но только после того, как избавлюсь от канцелярского ножа. Он должен исчезнуть до того, как меня придут обыскивать.
