Снова вышла худая девушка, на этот раз в длинном хлопковом кардигане, перехваченном широким черным поясом из лакированной кожи. Вот это уже кое-что. Лили нарисовала звездочки рядом с номером белого льняного платья-рубашки с розовым лакированным поясом и шелкового короткого жакета, цвета электрик со сборками на талии, на подкладке которого были нарисованы ракушки. Если она собирается купить что-то, пусть это будут вещи, которые ей понравились.
Как только показ закончился, все дамы, несмотря на туфли на платформе, ринулись к стойкам с одеждой, которую только что демонстрировали модели. Лили видела, как одна женщина лет сорока с небольшим в платье леопардовой расцветки потянулась к лазурному наряду в греческом стиле, но ее тут же отбросил удар двадцатилетней блондинки с наращенными волосами. Она внимательно рассматривала стойки с одеждой и вдруг заметила Джозефин, которая крутила в руках приглянувшийся ей короткий голубой пиджак.
– Мне понравился, – сказала она, проводя рукой по мягкой ткани.
– Гм, неужели мне удалось тебя чему-то научить? – удивилась Джозефин и повернулась к консультанту. – Я возьму такой второго размера.
– Черт! – выругалась про себя Лили. Она снова осмотрела вешалки в поисках вещи, которая не только понравилась ей, но и могла бы впечатлить Морган и Ди. В итоге остановилась на мятно-зеленом сарафане из плотной ткани с завышенной талией (этот фасон по-прежнему был в моде, хотя Джозефин утверждала обратное) и розовом кожаном поясе из лакированной кожи, который она видела на подиуме. Эти вещи оказались не только красивыми, но и стоили вполне разумно по сравнению с ценами в бутике Ортензии де ла Рейна. К тому же консультанты обхаживали ее на глазах у Морган и Ди. Эта тысяча долларов была потрачена с пользой.
В машине Джозефин налила два бокала шампанского и протянула один Лили.
– За красивую одежду и хороших друзей, – провозгласила она.
В следующем бутике Лили наблюдала, как Джозефин в эйфории от розничной продажи купила себе пару узких брюк из светлого индийского льна, мятый синий блейзер, пышную юбку из тафты темно-синего цвета и кружевную блузку цвета экрю с хрустальными пуговицами. Лили выбрала серую, расклешенную юбку, которую планировала носить с белым хлопковым топом и новым розовым поясом. Когда они вернулись в машину, Джозефин налила еще шампанского. Очень кстати, иначе на трезвую голову Лили быстро поняла бы, что меньше чем за четыре часа потратила почти три тысячи долларов (весь свой гонорар за статью в «Сентинл»).
В субботу утром, все еще пребывая в отличном настроении после успешного (в целом) похода за покупками с Джозефин, Лили решила приготовить на завтрак любимое лакомство Роберта – блинчики с начинкой из «нутеллы». После того как Уилл высосал свою утреннюю бутылочку молока, она сварила крепкий кофе и приготовила тесто для блинов. Пока оно настаивалось, Лили искупала малыша и одела в джинсы и спортивную рубашку. Она как раз поджаривала копченый бекон, когда в кухню наконец-то вошел Роберт. Из одежды на нем были трусы-боксеры, а глаза казались еще мутными ото сна.
– О, что тут такое? – Он громко зевнул и крепко обнял Уилла.
– Привет, дорогой, – отозвалась Лили, восхищаясь подтянутым телом мужа. Сквош пошел ему на пользу.
– Смотри, что мамочка сделала для нас, – ласково обратился он к Уиллу, который в ответ сунул левую ручку ему в рот. – М-м-м, я сейчас ее съем, – принялся причмокивать Роберт, делая вид, что кусает пальчики сына.
Лили как раз закончила выжимать сок из апельсинов и протянула ему бокал.
– Я быстро схожу в душ, – сказал Роберт, усадив Уилла назад в игровой центр, и с бокалом в руке направился в спальню.
Десять минут спустя он вернулся, сел за стол, где уже стояли тарелки с блинами и беконом и небольшой кофейник, и поинтересовался у Лили, чем бы она хотела сегодня заняться.
– Ты не играешь ни в сквош, ни в бридж? – поддразнила она мужа.
– Нет, я полностью в твоем распоряжении, – ответил он с набитым ртом.
– Ну, я рассчитывала сходить в парк. Мне хотелось сфотографировать тебя с Уиллом на фоне падающих листьев. – Она поставила на стол омлет из яичных белков, который приготовила для себя чуть раньше, и села.
– Было бы здорово, – сказал Роберт. – Кстати, мне вчера звонила мама. Она хотела поговорить о тебе.
– Да? – Лили сразу вспомнила все претензии свекрови, начиная с шампанского, обрушившиеся на нее в день покупок, и собралась с духом в ожидании очередных наставлений. Отодвинув остывший омлет, она спросила:
– И что она хотела сказать?
– То, что прекрасно провела с тобой время.
– Правда? И больше ни о чем не упоминала?
– Да нет. Только то, что помогла тебе выбрать несколько милых вещиц.
– Да? – Лили почувствовала одновременно удивление и облегчение оттого, что Джозефин не сказала Роберту, как ее приняли за продавца на показе или проигнорировал фотограф.
– Разве нет? – озадаченно спросил Роберт.
– Наверное. – Лили пожала плечами. – Просто я не ожидала услышать, что она хорошо провела время.
– Что ж, думаю, это замечательно, что у вас была возможность наладить отношения.
