— А, вообще, какие могут быть сейчас книги? Подавляющее большинство нынешних людей сидит за компьютерами и с маниакальным и бессмысленным упорством часами пялится в экран. Все что-то кому-то посылают, строчат отзывы на всякую белиберду, получают какие-то глупые и никчёмные ответы, взахлёб рассказывают о своей жизни, выкладывают тоннами фотографии, в том числе и те, на которых фигуранты запечатлены голыми или сидящими на унитазах. И не понимают они, что, в общем-то, по настоящему никому не нужны, кроме себя самих, любимых и неповторимых. И вторит им армия компьютерных наркоманов, которые что-то ищут, что-то хотят найти, горячее и срочное, и, по их мнению, невыносимо интересное и крайне актуальное. И все они взахлёб обсуждают дурацкие сплетни, делятся идиотскими мыслями, и так далее и тому подобное.
— Милый! Ну не будь таким категоричным!
— Категоричен я только с врагами! А дебилы мне не враги, а всего лишь несмешные клоуны! О, как я ненавижу эту фразу: «Сообщение о том-то взорвало весь Интернет!». Кто и что взорвали, кого взорвали, для чего взорвали, зачем?! Бред! Тысячи лет виртуально никто никого не взрывал, а тут вдруг всех взорвали! Идиоты! Взорвать можно только с помощью динамита, пластида или атомной бомбы.
— Да что же ты такой сегодня нервный?
— Ненавижу Интернет! Не владею им и не бываю в нём. Пробовал несколько раз присоединиться к армии его фанатов и поклонников, но ничего не вышло. Не идёт, и всё! Скучно, суетно, глупо и совершенно неинтересно. Лучше, всё-таки, почитать хорошую книгу или попытаться написать свою. А вдруг получится?! А вдруг свершится?! Я не о том, чтобы её опубликовать и получить за это какие-то деньги. Нет! Я за интерес, за наслаждение, даруемое творчеством. Понравилось друзьям, или любимой, или влюблённой в тебя женщине, ну и прекрасно, ну и славно, ну и превосходно! Хоть какое-то утешение, хоть какая-то мизерная подачка самолюбию, своему вечно ненасытному «эго»! Подумаешь, непрофессионал, любитель, а может быть даже и графоман? Ну и что? Кто-то для своего удовольствия собирает бабочек, или марки. Кто-то ходит на рыбалку или на охоту. Кто-то занимается авиамоделизмом или пишет в свободное от основной работы время картины или музыку. Кто-то разводит кроликов или пауков. Все они любители. Ну и что? В конце концов, некий корабль под названием «Ковчег» построил любитель. А вот другой корабль под названием «Титаник», построили профессионалы. И что вышло в итоге?!
Милли засмеялась, махнула рукой и исчезла. Я некоторое время потоптался на одном месте, обозревая серые и скучные окрестности, сориентировался на местности, понял, где нахожусь, и решительно двинулся на север, по направлению к главной улице города.
Скоро я уже сидел в уютном и немноголюдном кафе, не торопясь, цедил довольно приличный коньяк и задумчиво смотрел в серое, слегка запотевшее окно, на такое же невыносимо серое, невнятное и скучное небо.
— Разрешите? — раздался чуть хрипловатый и вежливый голос.
— Я, конечно, не возражаю, но, вроде бы, свободные столики в этой обители имеются, — ответил я и посмотрел на пришельца.
Мужчина среднего возраста и среднего роста. Благообразен и симпатичен. Брюнет. Джинсы, тёплая кожаная куртка, бейсболка, чуть затемнённые очки с диоптриями. Слегка небрит. Человек, как человек.
— Понимаете, у меня сейчас такое состояние души, что невмоготу быть одному. Нужен собеседник. Необходимо общение. Одиночество обладает одной гнусной особенностью.
— Какой?
— Одиночество сводит с ума.
— Да, я сам такой. Почти согласен.
— Почему почти?
— Если у вас есть характер и достаточная сила воли, то, даже находясь сто лет на необитаемом острове, вы никогда не сойдёте с ума. Ну, станете чудиком, оригиналом или маргиналом, но не более того.
— Спорная точка зрения.
— Вы читали книжку о Робинзоне Крузо?
— Конечно, как и все когда-то.
— Как вы считаете, он смог бы сойти с ума?
— Я думаю, что да. Без Пятницы и дикарей, которые таили угрозу, он бы точно в конце концов свихнулся бы.
— Я придерживаюсь другой точки зрения.
— Почему?
— Робинзону вполне хватило бы говорящего попугая, какой-нибудь макаки или козы. Ну, если бы повезло, то, конечно же, не помешала бы аборигенка. Желательно юная.
— Ничего себе! Это вам не Пятница и не дикари-людоеды! Это верх мечтаний!
— Да, вы правы, — рассмеялся я.
— Так, вы позволите присоединиться к вам?
— Конечно, конечно! — привстал я.
— Благодарю, — незнакомец опустился на стул и посмотрел на почти пустой графин, стоявший на моём столе. — Я закажу ещё коньяку? Или хотите испить чего-либо иное?
— Как-то странно вы изъясняетесь, что не свойственно нашим временам, — усмехнулся я.
— Да, бывает… — улыбнулся незнакомец. — Это у меня с рождения. Борюсь с этим недостатком, но у меня не совсем получается.
— Ради Бога! — возмущённо замахал я руками. — Всем бы так. Изъясняйтесь, как и ранее.
— Так что будем пить?
— Я, честно говоря, предпочёл бы водку. Как-то не идёт коньяк в этот холодный, промозглый, скучный и серый день.
— Я с вами совершенно согласен. Сейчас закажу.
— Как у вас с финансами?
