– Зависит от того, что вам надо.
– Мне надо найти объявленную в розыск психичку, совершившую тройное убийство. Я ищу информацию о Лисбет Саландер.
– Я ее не видела с прошлого года.
– Когда вы с ней встретились в последний раз?
– Осенью почти два года назад, в «Мельнице». Она там появлялась, а потом перестала.
– А вы пробовали с ней связаться?
– Звонила ей на мобильник несколько раз, потом телефонный номер отключили.
– А вы не знаете, как ее найти?
– Нет.
– Что такое «Персты дьявола»?
Силла Нурен ухмыльнулась.
– А вы что, газет не читаете?
– Почему это?
– В них ведь написано, что мы – группа сатанисток.
– А это так и есть?
– Как думаете, я похожа на сатанистку?
– А как она выглядит?
– Да уж… Не знаю, где больше кретинов – в полиции или прессе.
– Слушайте, милочка, речь ведь идет о серьезных делах.
– Сатанистки ли мы?
– Хватит трепаться, отвечайте на мои вопросы.
– А какие у вас вопросы?
Зажмурившись, Ханс Фасте вспомнил, как несколько лет назад, в рамках сотрудничества и обмена опытом, он ездил в Грецию. Тамошние полицейские, имея много собственных проблем, обладали большими преимуществами. Начни Силла Нурен валять дурака в Греции, он пригнул бы ее и врезал раза три дубинкой. А Ханс стоял и смотрел на нее.
– Состояла ли Лисбет Саландер в «Перстах дьявола»?
– Не думаю.
– Что вы имеете в виду?
– Лисбет слон на ухо наступил больше, чем кому-либо. Слух у нее был никудышний.
– Слух?
– Ну, трубу от барабана по звуку она еще могла отличить, но дальше этого ее музыкальные способности не шли.
– Но я спросил, состоял ли она в группе «Персты дьявола»?
– Я и ответила на этот вопрос. Чем же еще, черт возьми, занимались «Персты дьявола»?
– Чем же?
– Вы же ведете следствие, читая идиотские газеты.
– Отвечайте на вопрос.
– «Персты дьявола» были рок-группой. В середине девяностых годов у нас была компания девушек, любительниц тяжелого рока, и мы поигрывали для собственного удовольствия. Нам хотелось, чтобы нас заметили, и мы использовали знак пентаграммы и немного симпатии к дьяволу. А потом наша группа распалась, и теперь я – единственная из всех нас, оставшаяся в мире музыки.
– И Саландер не входила в группу?
– Я же сказала.
– Почему же наши источники утверждают, что Саландер была членом группы?
– Потому что ваши источники – такие же мудаки, как журналисты.
– Объясните.
– Нас было пять девушек в ансамбле, и мы потом продолжали иногда встречаться. Раньше собирались раз в неделю в «Мельнице», а теперь – примерно раз в месяц. Но мы в контакте друг с другом.
– А что вы делаете, когда встречаетесь?
– А что люди вообще делают в «Мельнице», как думаете?
Фасте вздохнул.
– Значит, встречаетесь, чтобы тяпнуть?
– Мы обычно пьем пиво, треплемся. А что вы делаете, когда встречаетесь с приятелями?
– А Лисбет Саландер тут с какого боку-припеку?
– Я познакомилась с ней в вечерней школе, когда мне было восемнадцать. Иногда она заглядывала в «Мельницу» и пила с нами пиво.
– Значит, «Персты дьявола» – это не организация?
Силла Нурен посмотрела на него так, будто он с Луны свалился.
– Вы лесбиянки?
– А по морде не дать?
– Отвечайте на вопрос.
– Не ваше дело, кто мы.
– Остыньте и не провоцируйте меня.
– Ну, как же. Полиция заявляет, что Лисбет Саландер убила троих, а ко мне пристает с вопросами о моей сексуальной ориентации… Шли бы вы куда подальше.
– Эй, я ведь и задержать вас могу!
– Интересно, за что? Между прочим, забыла вам сказать, что учусь на юридическом уже три года и что мой отец – Ульф Нурен из адвокатской конторы «Нурен и Кнаппе». Так что увидимся в суде.
– Я думал, вы работаете в музыкальном бизнесе.
– Работаю, для собственного удовольствия. Уж не думаете ли вы, что на это можно прожить?
– Понятия не имею, на что вы живете.
– Сатанизмом и лесбийством я не зарабатываю, если это то, что вы подумали. Но если вы исходите из этого в охоте на Лисбет Саландер, тогда мне ясно, почему вы до сих пор ее не нашли.
– А вы знаете, где она?
Силла Нурен начала крутить верхней частью туловища и водить руками в воздухе перед собой.
– Я чувствую, что она близко… подождите, я настрою телепатическую связь…
– Хватит уже!
– Слушайте, я же сказала, что не слышала о ней уже почти два года. Не имею ни малейшего понятия, где она. Еще чего вам надо?
Соня Мудиг включила компьютер Дага Свенссона и весь вечер просидела, составляя каталог того, что было на жестком диске и на дискетах. Книгой Дага она зачитывалась до одиннадцати вечера.
Соня сделала два заключения. Во-первых, обнаружила, что Даг Свенссон был отличным писателем, к тому же прекрасно знавшим механизм секс-торговли. Вот было бы здорово, если бы он мог прочитать несколько лекций на эту тему в Высшей школе полиции! Его знания были бы отличным подспорьем. Хансу Фасте, например, очень пригодились бы познания Свенссона.
