Но вот Сехуну эта идея не нравится совсем. Ханни умеет заботиться, умеет поддерживать, умеет разговаривать и договариваться, хорошо справляется с организацией, отлично ориентируется в баскетболе и бесконечно его любит. У неё и правда есть все задатки для того, чтобы стать замечательным менеджером, но ещё — она пока не знает — у неё есть О Сехун, который делится ею не хочет ни с кем.
— Спасибо, — смеётся Ханни, отставляя от себя почти пустой стакан с выпивкой, и вдруг поднимает взгляд на него, — но не думаю, что мне это подходит.
У Сехуна внутри всё переворачивается от одного её такого мимолётного, но очень говорящего взгляда. Он вообще ощущает себя младшеклассницей, столкнувшейся с первыми чувствами, когда где-то поблизости появляется Ли Ханни. Ему за это даже стыдно — ровно до тех пор, пока он не видит её ответного всепоглощающего смущения.
— Но почему? — разочарованно тянет капитан. — У тебя парень в команде — разве не здорово?
— Вот как раз поэтому, — ухмыляется сидящий рядом Ким Личён и кладёт Сехуну на плечо руку. — Наша восходящая звезда делиться не любит. Выйдем?
Сехун замечает, как вмиг панически вспыхивают глаза Ханни, и она дёргается, порываясь встать. Он не знает, как ему это удаётся одним только взглядом, но девушка вдруг застывает и, поджав губы, опускается обратно на стул.
— Не переживай ты так за него, — подмигивает ей Личён, поднимаясь вслед за Сехуном, — лучше за меня побеспокойся.
Сехун с ним мысленно соглашается, уговаривая себя не влезать в проблемы хотя бы здесь, при Ханни, и забыть о том, что этот придурок ей только что подмигнул.
На улице уже почти непроглядно темно и тихо, и всё буйное веселье отрезается за их спинами в тот же момент, как закрывается дверь. Сехун вдыхает свежий воздух почти с наслаждением, подставляя лицо прохладному вечернему ветру, и, привычно засунув руки в карманы, оборачивается.
— Будешь? — предлагает Личён, протягивая ему пачку сигарет.
— Не курю, — коротко отвечает Сехун.
Ким Личён усмехается, зажимая сигарету между губ, и коротко чиркает зажигалкой, поджигая её.
— Девушка не разрешает?
— Не выносит, когда от меня шмонит табаком, — врёт Сехун, не имея на самом деле представления, как к этому относится Ханни, но точно зная, что сорвётся, если выкурит хоть одну.
— Был неправ, — заявляет вдруг Личён и протягивает ему руку. — Не пойми неправильно, твоя девчонка — просто шик, но я её недооценил.
— Что ты имеешь ввиду? — хмурится Сехун.
— Ханни — отличная девушка. Был неправ, когда принял её за хорошенькую дурочку, — объясняет парень. — Так что передай ей мои извинения. Я бы и сам извинился, но, думаю, разговор у нас с тобой был бы короткий, приблизься я к ней.
— Правильно понимаешь, — усмехается Сехун, но руку ему всё же пожимает.
— Вроде первокурсник, а дерзости — хоть отбавляй, — кривится Личён. — Наверное, я был прав, доверяя тем слухам.
— О чём ты?
— О твоём прошлом, — усмехается парень, а Сехун чувствует, как каменеет его лицо. — Интересно, Ханни хотя бы догадывается об этом?
— Не лезь в это дело, — цедит сквозь зубы Сехун.
— Понял, понял, — смеётся Ким Личён, поднимая перед собой ладони в знак капитуляции, а потом кивает за его спину. — Кажется, мы слегка задержались. Спасатель уже на подходе.
Сехун оборачивается, уже прекрасно зная, кого сейчас увидит, и усмехается, встречаясь взглядом с Ли Ханни.
— Возвращаю, — хлопает его по плечу Личён, — в целости и сохранности.
— Премного благодарна, сонбэ, — поджимает губы Ханни и касается ладони Сехуна. Он тут же сжимает её пальцы в ответ.
— Поучился бы вежливости у своей девушки, — смеётся Личён и, забросив лишь на половину выкуренную сигарету в ближайшую урну, возвращается в закусочную.
Ханни провожает его заинтересованным взглядом, а затем поворачивается лицом к Сехуну и, наклонив голову, интересуется:
— О чём говорили?
— О тебе.
Брови девушки презабавно дёргаются от удивления, и Сехун усмехается.
— У тебя есть потрясающая способность, — замечает он, — ты нравишься, кажется, абсолютно всем.
— Не всем, — не соглашается Ханни, улыбаясь, — твои поклонницы до сих пор меня проклинают.
— Уверен, и они тоже бы прониклись симпатией, узнай тебя получше, — хмыкает Сехун. — Так раздражает.
— Я знаю, что друг из меня просто отличный, — скептично поджимает она губы. — А вот девушка — так себе.
Сехун усмехается, касаясь своим лба её.
— Значит, пара мы всё-таки идеальная, — едва улыбается он. — Ведь парень из меня весьма посредственный.
***
Ханни кажется очень увлечённой, сидя посреди кровати в позе лотоса и что-то рассматривая в телефоне так внимательно, что даже не замечает его. Сехун после душа снова чувствует себя человеком, жизнь уже не кажется такой раздражающей, и он даже немного жалеет, что они с Ханни опять ушли с вечеринки раньше всех. Даже не ушли — сбежали.
— Что там такого интересного? — спрашивает он, потрясая влажными ещё волосами.
Ханни заинтересованно поднимает голову и, судя по тому, как мимолётно кривятся её губы и втягиваются щёки, перекатывает во рту очередной леденец.
