Он делает это только для того, чтобы досадить Джею, и, хотя я наслаждаюсь выражением полного шока на лице друга, я думаю, что мы зашли слишком далеко.
– Во имя твоих яиц размером с горошину освободи меня! – говорю я и топаю ногой.
Он тяжело вздыхает и отступает, но я подозреваю, что моя слабая попытка ударить его мало что изменила.
– Скажу тебе вот что, мои яйца размером не с горошину!
– Неважно, считай как хочешь, если тебе так крепче спится ночью.
Я смотрю на него, но, прежде чем он успевает наброситься на меня, кто-то прочищает горло. Я чувствую непреодолимое желание удариться головой о шкафчик. Джей стоит там с раздувающимися ноздрями и сжатыми кулаками, глядя на нас двоих. Я никогда не видела его таким злым и не могу понять, почему он так бурно реагирует.
– Разве у тебя нет занятий, Джей-Джей? – спрашивает Коул, словно его раздражает присутствие брата, и мне хочется снова ударить его за то, что он проверяет Джея, когда тот явно не в духе. Клянусь, этот мальчишка пробуждает мою агрессивность, как никто другой.
– Да. Вообще-то у нас с Тессой один и тот же предмет, так что я надеялся, что мы сможем пойти вместе.
Он улыбается мне, но, прежде чем я успеваю сказать «да», Коул отвечает за меня:
– Не получится. Она идет со мной.
– Я? Идёт? – мы с Джеем спрашиваем одновременно, и Коул кивает нам обоим. – Я знаю, что ты не сделала домашнее задание вчера вечером из-за меня, поэтому я освободил нас от уроков, очаровав секретаршу директора, чтобы она разрешила нам сделать дурацкую волонтерскую работу в комнате аудио– и видеотехники.
Хорошо, это удивительно мило для человека, который может быть наполовину демоном. Но это правда – он продолжал раздражать меня прошлой ночью, отказываясь выходить из моей комнаты, как только высадил меня. Я думаю, что он чувствовал себя виноватым за то, что открыл одну конкретную банку с червями, и хотел убедиться, что я не слишком эмоционально уязвима.
Часть меня, та часть, которая не хотела оставаться в одиночестве после такого откровения, была рада его компании в тот момент. Мой отец был внизу и смотрел игру, но я подозреваю, что он тайно разбрасывал конфетти из-за присутствия Коула.
К тому времени, когда он ушел, я почувствовала такую усталость, что сразу же уснула и проснулась только от звонка будильника в школу. Я жаловалась на него за обедом, зная, что учитель истории, без сомнения, поставит мне замечание за невыполненное задание. Коул просто спас меня, спасибо тебе, Господи!
– Вы двое были вместе прошлой ночью? – спрашивает Джей. В его голосе столько сокрушения, что мне хочется обнять его, но страх перед Николь удерживает меня на месте.
Коул пожимает плечами.
– Мы были, а теперь нам действительно нужно идти. Нам нужно упорядочить DVD-диски и распутать провода.
Он разворачивает меня так, что я больше не стою лицом к его сводному брату, и толкает меня в направлении аудиовидеокомнаты. Я не могу удержаться, чтобы не обернуться и не бросить последний взгляд на Джея, все еще стоящего на том же месте. Сердце защемило, и моя влюбленность, которую я испытывала к нему целую вечность, вновь заявила о себе.
– Он того не стоит, – тихо говорит Коул, который теперь идет рядом со мной. У меня нет сил задавать вопросы или отрицать свои чувства к Джею. Все знают, что он мне нравится, вплоть до официантки. Это не такой уж большой секрет, поскольку я сохну по нему уже, кажется, целую вечность.
Коул слегка сжимает мое плечо, прежде чем открыть свой большой рот и так примитивно утешить меня:
– Поверь, ты влюбилась в более уродливого брата. Могу поспорить, что размер у него меньше…
В этот момент я зажимаю ему рот рукой, и его голос заглушается моими пальцами.
– Прекрати говорить, или меня стошнит на эти твои трехсотдолларовые туфли.
Это, конечно, заставило его замолчать.
Субботним вечером около шести часов я лежу на полу своей спальни, прижавшись спиной к изножью кровати. Мои пальцы дергаются, пытаясь набрать текст на мобильном телефоне, который я держу в руке, однако мой мозг просто не хочет сотрудничать. Как будто Бет и Меган могли быть настолько глупы, чтобы поверить, что я заразилась малярией за двадцать четыре часа.
Насколько я знаю, мой город не страдает от эпидемии комаров. Ладно, тогда малярию точно нужно вычеркнуть из списка возможных оправданий. Я пытаюсь думать усерднее, но для человека со средним баллом 4,0 кажется жалким, что я не могу придумать ничего стоящего. После того как я основательно поломала голову, я решаю, что к черту все это, и включаю ноутбук, отправляясь в святая святых, где можно найти ответы на все вопросы, – Гугл.
