Мою страницу взломали. Теперь я знаю, кто мне друг, кто так, подруга. Всех, кто не отправил деньги, удаляю из друзей.
— Есть что интересное еще?
Кофе тоже секс, если сварить с душой.
— Люди помешаны на кофе.
— Пропаганда.
Мир велик, либо ты понимаешь, что, как ни крути, тебе тоже есть место под солнцем, либо меняй ударение в слове велик и крути педали в поисках этого самого места.
— Никогда не катался на велосипеде, — задумался Мефодий. — Отчего такое удивление на твоем лице?
— Ты удивительный.
— Говоришь, будто между нами уже что-то было, — отпарировал Мифа.
— Не преувеличивай. Ты даже не снишься мне больше.
— Потому что у тебя бессонница.
— Не было между нами ничего, не волнуйся. Но твоя чушь мне понравилась. Захотелось покрутить педали.
— Может быть, сразу перейдем на «ты».
— А может быть, сразу — на «мы».
Оба разжали заразительно. Чувство юмора разогнало облака на небе.
— Между вами что-то было?
— С чего ты взял? Ничего, ничего между нами не было, — посмотрела она искренне, — …только кожа, — добавила, переломив сомнение.
— Не верю. Женщины, как и политики, не умеют говорить правду.
— Умеют, просто они ее нивелируют по-своему: им свойственно преувеличивать. Чаще либо не договаривают, либо перегибают палку. Но с политикой хорошее сравнение. Вот в тему:
Трубопроводы еды, слов. Нефти, газа. Пук Земли кончится, от страны останется только пук. Только трубы с чувствами забиты и не могут медные играть. А общество со всеми своими институтами и собраниями — это бригада для обслуживания чьих-то трубопроводов. Платят, как правило, мало, но и этим должны быть довольны. Потому что всегда найдется кто-то, кто готов работать за копейки. Люди недовольны властью, власть — ими. Это закон трения. Одни мало платят, другие плохо работают. Впрочем, работают плохо и те и эти. Первые бастуют, первые увольняются, первые стоят в очередях последними. Интересно, если не платить зарплату чиновникам, они ушли бы со своих мест?
— Смешной вопрос, — улыбнулся Кирилл. — Надо уметь постоять за себя.
— Ты про очередь?
— Все время стоять на своем тоже своего рода очередь.
— Я понимаю, а лежать? — улыбнулся в свою очередь Мифа.
— Можно уснуть. Надо общаться. Общение — самое дорогое, что есть у человека, те, кто это понял, давно уже богаты и в прямом, и в переносном смысле.
— Ты про связь?
— Да, связи решают все. Все ведущие компании торгуют связями. Обогащаются на самом дорогом для человека — общении. По сути, продают воздух. Связывают людей и назначают за это свой тариф.
— Ладно, до связи, давай вечером еще зайду, — все еще улыбаясь, потянулся к выходу Мефодий.
— Хорошо, я еще почитаю.
* * *Кирилл выписал еще несколько интересных мыслей. Он любил писать от руки. Иногда изгалялся от левой, как сейчас, чувствуя, что левое полушарие перегружено.
— Лучшая книга та, которую еще не написали, но уже прочли.
— Лучшая книга — которую ты пишешь сам. Вообще писать книги полезно. Можно вылечить кучу болезней, убить уйму своих тараканов. Писанина — это дезифекция. Это вам не телевизор смотреть.
— Я давно уже телевизор не смотрю. Мне надоели идеальные люди, их пластиковые лица, хочется видеть настоящие, без грима на чувствах.
— Это правильно. Иначе можно заживо похоронить свою жизнь в развлечениях других.
— Что вы делаете завтра?
— А что вы хотели?
— Ничего не делать. Ничего не делать — это и есть спасение.
