Но никто не поддержал его, будто он ничего не сказал.
Гости лишь удивленно посмотрели на Родиона. Пастух Савва даже прыснул от неожиданности. А Устин Павлюк продолжает забивать людям головы - будто ферма "Красных зорь" не развернулась в полную силу именно потому, что нет к ней должного внимания со стороны председателя, да и со стороны самого заведующего райзу.
Родион сокрушается, что не оказалось на ту пору Урущака, пусть бы лично убедился, куда Павлюк гнет. Совершенно недвусмысленно указывает на Родиона: не интересуется, дескать, кормовой базой, пастбищем, коровниками, подбором кадров. Эхе-хе, уместно ли в такой момент, перед такими людьми поднимать эти вопросы? Гости разъедутся, а ты-то останешься. Уж не против ли Саньки ведет поход Павлюк? Надменная девушка нет-нет да и прожигала Родиона злым взглядом. Неужели он навсегда потеряет ее любовь? Кому почет и уважение, а Родиону выпали позор да посмешище. Ясно, гости со всем доверием отнеслись к Павлюку, а тот и рад - еще больше подстрекает их против председателя. Те уж и смотреть не хотят в его сторону, разнесут по округе недобрую славу о председателе буймирского колхоза, а там, глядишь, и выводы последуют.
Зоотехники, доярки, телятницы, вынув записные книжки, подробно записывают метод Павлюка, с помощью которого он прививает новые качества и добивается закрепления наследственных свойств у скота.
После того, что произошло, чего Родиону ожидать от Саньки? Не случайно заигрывает она с Тихоном, ласкова, мила с ним. Что осталось от громких слов и обещаний, которыми Родион рассчитывал привязать к себе дивчину?
Вскипела кровь у Родиона. Поклеп! Поклеп возводит Павлюк на руководство. До чего договорился человек! Нет, Родион не позволит шельмовать, дискредитировать представителей райцентра! И в его голове созрел четкий план. Он знал, что Павлюка недолюбливают в земельном отделе.
А гости между тем хвалили хлеба:
- Густая, чистая, будто ее кто колос к колосу подобрал, пшеница у вас! Ехали полем - любовались.
Здесь опять выскочил никем не званный пастух Савва:
- Это Теклина бригада сеяла!
Светясь бородой, не сводя с девушки довольных глаз, он показал на Теклю. Все посмотрели на нее.
Несколько смутившись от чрезмерной похвалы, дивчина, однако, быстро взяла себя в руки (не то что в старину, когда девушка не смела глаз поднять).
Селивон справедливо заметил, что с выводами торопиться не следует, не из зависти, конечно, нет, а просто незаурядный хозяйственный опыт у человека.
- В стадии травы хлеба-то хороши, да неизвестно, как выколосятся. Оно конечно, балка, низина... к вечеру сырым ветерком обдует... да и почва земли здесь сильная.
Привлек внимание гостей своим замечанием, пусть убедится, что Теклю и хвалить-то, собственно, не за что, сама природа все делает.
Дивчина, впрочем, не согласилась с Селивоном. Ей ли не знать своего поля? Здешний грунт как раз бедноват азотом.
Кладовщику Игнату тоже не по душе, что носятся с этой Теклей. Спросили бы на селе, кого уважают люди. Без Игната, без Селивона праздник не праздник, свадьба не свадьба. В чьих руках кладовые, амбары? Сад, мед, рыба, мука, сало? Кто колхозным добром ведает? Разве не видно, куда Павлюк гнет? Людей позорит, а себе да присным своим все заслуги приписывает. Выдвинутся, возьмут власть в свои руки - тогда что? Отдавай, Игнат, ключи от кладовой! Довольно тебе кабанчиков выкармливать. Не дай бог, войдут в силу Павлюк с Завирюхой, тогда нам житья не будет, на первом плану станет ферма: что касается остального - хоть чертополохом все зарастай! Пора, пора прибрать к рукам всех врагов-недругов. Давно они нам яму роют.
Пока он так размышлял, опять Савва-пастух встрял. Не согласен он, вишь ты, с Селивоном. Плодородие земли зависит от человека, от его честных трудовых рук - заступился за девичью бригаду. Мало того, пустился в путаные рассуждения: не за горами время, когда мы одолеем все стихии черные бури, суховеи, вымывание, выдувание почвы. Софрон Иванович одобрительно кивнул головой, лицо его осветила дружелюбная улыбка.
Приятели наперебой расписывают перед академиком заслуги Мусия Завирюхи: по его методу, мол, ботву свекольную не строгают конусом, а срезают одним махом. Или вот когда возят навоз - его разбрасывают не как попало, а разбивают поле на квадраты. Вот кто такой Мусий Завирюха.
Родион, выходит, и указаний никаких не давал? И получается, что в колхозе все дела делаются без председателя?
Вместо того чтобы одернуть не в меру разболтавшихся приятелей, остудить их неуемные восторги, Мусий Завирюха сам еще выхорашивается перед академиком:
- Что такое ботва? Это - легкие для свеклы! Я это всегда говорю.
А Софрон Иванович так и сияет, будто невесть какое диво услышал.
Нет, как хотите, не иначе как свет перевернулся! На Родиона с кладовщиком, с завхозом, которые все колхозное хозяйство держат в руках, никто из гостей внимания не обращает, никому до них дела нет. А вот простой пастух - полюбуйтесь! - разговаривает с ученым как с ровней!
