Коллеги её поздравляют, а мне это как ножом по сердцу – больно и жутко неприятно.
Смотрел на неё в кафе сегодня, сидя через несколько столиков и не понимал, как она так искусно умудряется сочетать такое нежное лицо, честные добрые глаза и такую подлую натуру.
Когда влюбился в неё по самые уши, про кого угодно мог подумать, что девушка дрянь, но только не про неё.
Думал, она иная…Не такая, как мои бывшие вертихвостки.
Но там я осознанно сам таких выбирал – где попроще, где побыстрее прыгнуть в койку. А здесь…
Рискнул один раз с той, кто, как мне казалось не на кошелёк мой смотрит, и к чему это привело?
Она казалась мне скромной, честной, искренней со мной, настоящей.
Надо же, плакала даже, когда переспала со мной в первый раз.
Мол, муки совести, что изменила жениху.
Актриса, мать её! И я, как идиот ей поверил... Зря тогда не ушёл в машину. Надо было не то что идти, бежать надо было!
А потом... Мы оба как с ума сошли. Эта дикая страсть, сумасшествие от ласк, открытость моего сердца, желание быть с этой девушкой поглотило всё остальное.
… Опять попытался сдать анализ и снова ничего не получилось.
Тот врач, к которому обратился после новости Алины про беременность как болванчик повторяет: выкини всё из головы, выкини всё из головы, и всё получится.
Но ничего не получается выкинуть, и в итоге анализ сдать не получается.
Она точно ведьма! Околдовала, приручила за такой короткий срок, на поводок эмоциональный и физический меня посадила!
Её я хотел каждое мгновение, а теперь даже анализ сдать не могу.
– Я попробую через пару недель ещё раз и больше делать ничего не буду, – договариваюсь с врачом, назначая дату приёма. Он сочувствующе кивает и соглашается.
Плевать на всё, проживу как-нибудь без детей.
– Денис Константинович, – поднимаю взгляд на кадровичку.
Она смотрит растерянно на меня, и я понимаю, что не слушаю то, что она мне говорит.
– Простите, задумался, – начинаю быстро тереть лицо руками, – что-то случилось?
– Ваши сотрудница, Алина.
– Что с ней? – выдаю свои эмоции, но потом осекаю себя. Почему-то мне вдруг страшно от того, что я могу услышать что-то плохое.
– Ничего, ничего. Она выходит замуж. А мы хотим материально поддержать молодых.
– Замуж? Поддержка? – делаю глубокий вдох и выдох, стараясь скрыть свои эмоции. – Да, это правильно. Поддержка для молодой семьи, особенно в начале совместной жизни это очень важно. Денег у молодых, как правило, не хватает, – стараюсь буднично рассуждать, а у самого сердце в клочья. – Что от меня требуется?
– Вот её заявление на материальную помощь, и, если хотите поучаствовать от коллег, как руководитель….
Надо же, даже об этом побеспокоилась.
– Конечно, конечно, я подпишу всё, что нужно. А сколько там денег будет? – зачем спрашиваю? А мне какая разница? О её доходах теперь должен заботиться муж.
– Положен оклад, – протягивает мне лист, где написаны оклады всех сотрудников.
– Пусть будет пять.
– Чего пять? –не понимает меня.
– Пять окладов.
– Но.., – теряется, – так не положено. Мы никогда столько …
– Не положено кем? Вроде бы я здесь босс. Это мой подарок.
Она выходит замуж… Логичное поведение, когда мужчина женится на женщине, которая ждёт его ребёнка.
Зачем я это делаю? Развлекаюсь? Хотела денег, получи денег. Так сказать, прощальный подарок!
– Но бухгалтерия… Чтобы она на меня не накинулась, мол, что я что-то перепутала, напишите своей рукой.
– Конечно, конечно, извините меня. Голова сильно болит, – оправдываюсь. – давайте я поставлю свою резолюцию на заявлении. К вам претензий не будет. Не переживайте по этому поводу. Если надо пусть звонят мне на прямую.
– Хорошо. А как я объясню это нашим сотрудникам? Ведь наверняка пойдут какие-то слухи...– мнётся, стесняется, вижу.
– Какая разница? Скажите, что у меня было на тот момент такое настроение. Я так захотел! – отрубаю, интонацией своего голоса даю чётко понять, что больше на эту тему разговаривать не хочу. Пользуюсь правом руководителя. – Алина мне помогала очень много, – начинаю сочинять на ходу в оправдание своего решения. – Часто задерживалась на работе себе во вред. Я ценю такую преданность в людях.
– Хорошо, – кивает и уходит.
Надо же, вру как пою. Не замечал раньше за собой такого таланта. Надо в будущем почаще его применять, авось в дураках ходить не буду с женщинами.
С женщинами… смотрю в окно.
Признаться после Миланы думал, не поверю никому никогда больше.
А с Алиной ожил, вдохнул полной грудью, обрадовался…
Думаю часто, что во мне было не так? Чем я был хуже её жениха?
Чего бы ей не хватило со мной?
Да, я грубоват и иногда не сдержан, но я видел и чувствовал, что ей было хорошо со мной.
Иногда мне казалось, что она сама искала со мной встреч. Ошибался значит.
И работали мы когда, казалось, что прекрасно ладим и понимаем друг друга практически с полуслова.
А когда в том домике я не смог сдержать себя, и потом, в кабинете, я же чувствовал дикую, страстную, сумасшедшую отдачу.
Где я ошибся... Снова и снова не понимаю. Или уже тогда в своей голове всё сложила по плану? Ох, устал думать… Тру вески, голова действительно начинает очень сильно болеть.
