Её вопрос был вполне искренним. Ремола так далеко отстояла от Империи, что тамошние ведьмы плохо знали ситуацию и, чтобы в ней разобраться, хотели получить больше информации.
— Она — обученный маг, — веско сказал Эвмен.
— Слабый, — возразила Дейдра.
— Ключевое слово тут "обученный", — вдруг сказал Генрих, который до этого молча поедал жареную рыбу, — В империи есть маги, но уровень их подготовки — чуть ниже табуретки. А Аделина преподавала в элидианском университете. Стоит им это выяснить, и они вцепятся в неё как репей в собачий хвост. Хотя в империи любым магам рады: страна огромная, а специалистов раз-два и обчёлся. Меня туда приглашали, предлагали такие деньги, которые никому здесь и не снились. Я отказался: одним из пунктов контракта стоит принятие гражданства империи, а это пожизненная неволя, она никаких денег не стоит. Но у меня был выбор: согласиться или отказаться. А у Аделины его не будет. По закону любой маг, оказавшийся на территории империи, считается попросившимся в подданство. И если этот ваш Александр — в первую очередь член королевской фамилии, аристократ, то простая девушка…
Ведьма кивнула в знак того, что всё поняла. Потом подумала немного и спросила:
— Не боишься идти с нами? Ведь если поймают…
Она прищурила один глаз и посмотрела на Генриха с сомнением. Тот ответил ей дерзким:
— Ну, ты же не боишься?!
Дейдра презрительно фыркнула.
— Милый, я — боевая ведьма. Ты же знаешь, кто такие ремольские боевые ведьмы? Мы ни чего не боимся в принципе и от гуманизма тоже не страдаем. Не скажу, что мы можем со всем справиться, но с нами справиться мало кто способен. Этому вашему императору пришлось бы послать против меня всех своих боевых магов, при этом я бы не поручилась за то, что они смогли бы меня скрутить, а тем паче убить.
— Понятно, — ответил Генрих, — У тебя найдётся чем ответить тем, кто попытается тебя остановить. Вот и со мной та же история. Да, ты ведьма, тебе это не нужно, а вот остальным…
Он сунул руку в карман и достал горсть серебряных бляшек на кожаных шнурках.
— Надеюсь, тут всем хватит. Производство моего отца. Они маскируют ауру.
Эвмен первым протянул руку:
— Экранирующие защитные амулеты Конрада ар Гериона? Здорово! И сколько их тут! Феофан закупает такие, но дорогие, заразы, так что идут только для разведки.
— Ведьмам не нужно, — отвела протянутую руку Дейдра, — нас и так не засечёшь, пока не колдуем.
— Не отказывайся, — примирительно сказал Генрих, — там, кроме экранирующих ауру чар, ещё столько защиты наверчено. Пригодится.
Пока ведьма молча рассматривала амулеты, Алан протянул руку, цапнул один и повесил себе на шею. Потом подумал, взял второй и сунул в карман.
— А два тебе зачем? — удивился Генрих, — Нет, мне не жалко, но для чего?
— Не для чего, а для кого, — пробурчал магистр, — для Адели.
Ар Герион вскинулся было, даже с места приподнялся, но тут ему на запястье легла маленькая, но твёрдая ручка ведьмы.
— Посиди, дорогой, — пропела она, — посиди и помолчи. Сейчас всё решим, выйдем и я отвечу на твои вопросы. А к Алу не вяжись, ему и так несладко.
Последние слова она прошептала Генриху прямо на ухо. Он понял что-то своё и не стал нарываться. Только когда начали делиться на тех, кто идёт, и тех, кто ждёт, выступил и заявил, что не останется ни за что на свете.
В конце концов было решено, что Дейдра идёт за главную и берёт с собой троих: Алана, Эвмена и Генриха с тем условием, чтобы слушались её беспрекословно. Элиастен остаётся и руководит группой поддержки. Если понадобится, они тоже выступят на помощь.
Потомок эльфов совсем не рвался отпускать подругу, но не стал оспаривать её решение. Знал, как своевольны ведьмы. Вцепись он в неё сейчас — и всем отношениям конец, а для Элиастена всё ещё только начиналось. Так что он поцеловал Дейдру, спросил, уверена ли она в том, что делает, и согласился стать связующим звеном. Будет отсюда по артефакту слежения координировать их деятельность и при малейшей опасности отправит десант в нужную точку. С королём Феофаном он поладил, так что добиться от него материальной или даже военной поддержки будет простой задачей.
После общего собрания все разошлись по комнатам. Было решено выйти перед рассветом, а пока последний раз попользоваться благами цивилизации: ванной, мягкой кроватью и чистым бельём.
Дейдра сделала Элиастену знак, мол, подожди, я сейчас, и вышла на крыльцо, где её догнал Генрих.
— Чего я не знаю? — спросил он.
— А что ты знаешь? — фыркнула ему в лицо ведьма, — И вообще, зачем ты притащился? Кто тебя звал? Обошлись бы без такого, как ты.
Породистое лицо красавца перекосило от злости.
— Слушай, ведьма, я не спрашиваю, что здесь делаешь ты…
— И не надо. Не стоит, — парировала Дейдра, — Я понимаю, что тебя чувство вины перед Аделью чешет, но лучше бы ты сидел дома со своей молодой женой. Девочке не на пользу видеть тебя лишний раз и вспоминать собственное унижение. Вряд ли она тебе обрадуется.
— Она рассказала тебе обо мне… о нас? — недовольно засопел красавец.
Дей пожала плечами.
