До похорон оставались считаные часы, Гуров волновался все сильнее. Сработала ли уловка? Прочитал ли Рогоз некролог? Клюнет ли на приманку? Ответы на эти вопросы он узнает, только приехав на кладбище. У него у самого от нетерпения зубы сводило, а тут еще за Ляхова переживай. Понятно, что ему хочется попрощаться с любимой женщиной. Но ведь каков риск!
Все дела по подготовке к похоронам и последующим мероприятиям были сделаны, новых задач не поступало, а от бездействия время тянулось невыносимо долго. Просидев за столом до половины второго, Лев дал команду собираться. Тело из морга должна была забрать похоронная команда, сопровождать катафалк поехал майор Иванченков, сам вызвался. Мнение о его профессиональных способностях у Гурова резко изменилось, так хорошо он себя показал за последние несколько дней. Полковник уже не считал его бесполезным балластом, поэтому мог поручить ему сопровождение и не беспокоиться о том, что тот что-то упустит или сделает неправильно.
Сам же Гуров должен был успеть обойти кладбище, прежде чем начнется церемония. На случай, если Рогоз приедет раньше. На кладбище он приехал один, отправив Стасика за Надеждой. Как-никак, а они были подругами, и в официальных документах Надежда числилась как человек, изъявивший желание взять на себя заботы о похоронах. Обойти кладбище заняло десять минут. Никого, кто бы хоть отдаленно был похож на Рогоза, Гуров не встретил. Пообщался с копальщиками, перекинулся парой слов со смотрителем кладбища, поприветствовал пожилую вдову. На этом обход закончился.
Правда, ждать оставалось совсем недолго. Спустя еще десять минут у кладбищенских ворот остановился катафалк, из которого один за другим стали выходить люди. Пришел сосед по квартире Рогоза, несколько человек из персонала базы отдыха, парикмахерша Надежда в сопровождении Стасика, вот и все провожающие. Чуть позже, когда гроб с телом Альбины несли к могиле, подъехал Закир на личном автомобиле. Он кивком поздоровался с Гуровым, встал чуть в стороне от могильной ямы, скрестил руки на груди и замер.
Церемония шла своим ходом. Немногочисленные люди произносили надгробные речи, а Гуров все высматривал Рогоза. Но того видно не было. Ни одного мужчины на всем кладбище, если не считать тех, кто в данный момент стоял у могилы. Когда начали забивать крышку гроба, Надежда заплакала. Стасик неумело обнял девушку за плечи, притянул к груди. Она восприняла этот жест как должное. Уткнулась носом в его рубашку и дала волю слезам.
Вскоре церемония подошла к концу. Первым покинул кладбище Закир, вновь попрощавшись с присутствующими сухим кивком головы. За ним потянулись сотрудники базы отдыха. Они гуськом поднимались в автобус, который должен был отвезти их до базы, где в столовой ждал поминальный обед. Надежда все никак не хотела уходить с могилы, Стасику пришлось чуть ли не волоком тащить ее. Бросив на Гурова тоскующий взгляд, он негромко проговорил:
– Я уж с ней до конца, ладно?
Гуров махнул рукой, отпуская стажера на все четыре стороны. Он хотел, чтобы все поскорее разошлись. Тогда у него появится возможность издали понаблюдать за могилой, и, кто знает, может, Рогоз все же придет? Автобус уехал, Лев прошел до сторожки смотрителя, сел в тени на лавочку и прищурил глаза. Солнце палило нещадно. Глаза слепило даже сквозь жидкую листву чахлой березы. Смотритель, озабоченно пыхтя, мел дорожки. На Гурова он внимания не обращал. Ну, присел отдохнуть человек, может, на солнце сморило. Не гнать же его?
В ожидании прошло больше получаса, когда на центральной аллее появилась мужская фигура. Рост и вес подходил под параметры Рогоза, а вот цвет волос и растительность на лице делали его неузнаваемым. И все же Гуров сразу понял, что по дороге идет Дмитрий Рогозин. В руках он нес букет белых лилий. Остановился возле смотрителя, задал вопрос, после чего смотритель махнул рукой в сторону свежевырытой могилы. Альбининой могилы.
Мужчина с бородой и усами прошел вперед, остановился возле земляного холма, какое-то время постоял без движения. Потом опустился на колени, бережно уложил лилии поверх одинокого венка. Поправил ленту, зачерпнул горсть земли и высыпал ее обратно. Гурову показалось, что мужчина плачет. Плечи стали подергиваться, голова опустилась ниже. «Черт, надо было раньше подходить, – отругал он сам себя. – Теперь придется ждать. Преступник тоже имеет право минуту погоревать о потере любимой».
Вскоре мужчина поднялся с колен, стряхнул пыль с брючин и побрел к выходу. Здесь его Лев и перехватил.
– Здравствуйте, Дмитрий, – негромко произнес он. – Отойдем в сторонку на пару слов?
Мужчина вздрогнул и отшатнулся, точно его ударили. Он машинально поднял глаза на незнакомца, и Лев, перехватив его взгляд, мысленно сказал себе: «Теперь не переиграй, Гуров. Только не облажайся».
– Простите, мы знакомы? – вежливо поинтересовался мужчина.
– Вы – Дмитрий Рогозин. Меня вы вряд ли знаете. Я из Москвы, не здешний.
– Вы ошиблись, моя фамилия Хушманов. – Мужчина сделал шаг в сторону, пытаясь обойти назойливого прохожего.
