А теперь наконец и кое-что позитивное: я встретилась с моим новым редактором. Все прошло хорошо. Все прошло очень, очень,
Прошлой ночью мне снился сон про Кэт. В нем мне предстояло встретиться с полицейскими, или адвокатом, или еще кем-то в этом роде. Я села в машину, а водитель проехал мимо того места, где мы должны были остановиться, и просто продолжил нестись дальше. Когда я начала волноваться, водитель обернулся ко мне и – сюрприз! – на самом деле это была переодетая Кэт. Мы промчались до самой канадской границы, оставили машину в лесу и шли пешком много миль, пока не пересекли границу. Когда мы были на другой стороне, Лора из сновидения думала, что они с Кэт и дальше будут все делать вместе, что они будут одной командой, но Кэт больше не нуждалась в Лоре. «Я просто хотела, чтобы у меня была компания в пути, – сказала она. – А теперь убирайся ко всем чертям. Я никогда больше не хочу тебя видеть».
Я проснулась в холодном поту.
Хотела бы я знать, где она сейчас. К этому моменту она уже, наверное, уехала из страны. Если она сумела столько лет строить мошеннические схемы и водить всех за нос, невозможно, чтобы у нее не было плана отступления. Если она смогла уйти от полиции, сможет уйти от кого угодно.
После этого сна я наконец сломалась и позвонила маме с папой.
Я готовилась к худшему, поскольку велика была вероятность, что они скажут мне не возвращаться домой, и поэтому я предварительно провела сама с собой воспитательную беседу.
– Ты ничего плохого не сделала, – сказала я девушке, отразившейся в зеркале ванной комнаты. – Ладно, это неправда. Ты совершала ошибки, но ты хороший человек. Ты попалась в расставленные сети. Ты молода, у тебя впереди вся жизнь, и ты хочешь, чтобы эта жизнь была хорошей. Ты хочешь, чтобы в этой жизни были твои родители. Ты не хочешь остаться одна-одинешенька в мире. Ты не хочешь быть как Кэт. Ты хочешь по выходным приезжать домой, и обнимать маму, и жарить бербекю с папой на заднем дворе.
Зазвонил телефон, и я начала нервно ходить кругами по спальне. «Сними трубку, сними трубку, сними трубку», – уговаривала я себя.
Он переключился на автоответчик.
Я бросила телефон на кровать и чуть не расплакалась, но проглотила злобу и печаль и сумела успокоиться. Затем я села на кровать и принялась ждать. Я ждала, наверное, целый час. Ни одного сообщения не приходило.
В конце концов я встала налить стакан воды. Как только я вышла из комнаты, то услышала, как зазвонил телефон. Я понеслась обратно в комнату и схватила трубку, даже не взглянув на определитель номера.
– О господи. Я так рада, что вы мне перезвонили, – сказала я в трубку, чувствуя, как меня накрывает волна облегчения.
– Я не думала, что ты захочешь говорить со мной, – голос был более низким, чем тот, который я ожидала услышать.
Более низкий и с фальшивым немецким акцентом. Моя немецкая Скарлетт Йоханссон.
Я тут же почувствовала дурноту.
– Я ждала звонка от родителей, – сказала я.
– Лора, мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделала, – сказала она. – Пожалуйста. Это очень важно. Я обещаю, что больше никогда тебя ни о чем не попрошу. Но в квартире на Верхнем Ист-Сайде есть сейф, мне нужно кое-что из него. Это моя квартира; я не прошу тебя красть у кого-то. Так, слушай, когда будешь там, тебе нужно будет взять для меня…
Я так разозлилась, что меня аж трясло.
– Иди к черту, Кэт! – заорала я и повесила трубку.
Я залезла в список вызовов, чтобы узнать, откуда она звонила. Номер значился как не определенный.
– Я не собираюсь ради тебя вламываться в квартиру! – закричала я на телефон. – Я вообще ничего для тебя делать не собираюсь – больше никогда!
Мои глаза наполнились слезами. Черт возьми. Я ведь так старалась быть уверенной и собранной перед звонком родителям. Я вытерла глаза и попробовала дышать ровно.
Телефон снова зазвонил.
На этот раз я сразу посмотрела на определитель. Звонила мама.
Я разразилась слезами, как только услышала ее голос.
– Лора, – сказала она мягко. – Лора, ох, дорогая, что происходит?
Я не могла выдавить из себя ни слова. Я просто рыдала, и все мое тело содрогалось от всхлипов.
Папа тоже был у телефона.
– Эй, малыш, мы слышали новости про ту русскую леди. Это ужас, просто ужас.
– Мы хотели тебе позвонить, но не были уверены, захочешь ли ты разговаривать, – добавила мама. – Мы тут просто с ума сходим, гадая, как ты там.
– Расскажи нам, что случилось, – попросил папа.
– Дай ей минутку, – сказала мама тихо.
Когда я наконец успокоилась, то рассказала им все. Всю историю с самого начала. Это был мой шанс очистить совесть. Доказать им – и самой себе – что я
Я ничего не пропустила.
