Он не первым заметил Бриенну, пугливо выглядывающую из-за колонны. Что ж, ты сам виноват — именно ты решил, что ей необходимо это высшее общество. Иди, расхлебывай. Делай вид, что хотя бы тебе оно не надоело до смерти, что ее тут не сожрут, стоит тебе на минуточку зазеваться.
— Бри, — он остановился, не доходя нескольких шагов, скрестив руки на груди. — Прекрасно выглядишь.
Девушка подняла на него глаза с непередаваемым ужасом. Эмоции били через край, налетая одна на другую, как машинки на автодроме в детском парке. Помимо стеснения он распознал недоверие, сомнение и страх. Наконец ее глаза сфокусировались на нем, и на мгновение полыхнули нежностью, сразу же сменившись мольбой. Прекрасный самоконтроль, мысленно похвалил он.
— Джейме, — наконец вымолвила она. — Здесь так ярко и …
— Да, так обычно и бывает… — начал было он, когда она вдруг остановила его, сообщая
— Я еще тебя не поздравила, и можно… — смущаясь произнесла девушка, —…можно, я не буду сваливать свою маленькую коробку в ту огромную кучу?
Джейме сделал шаг к ней и обернулся на груду упаковок. Это кладбище надежд, хотел бы он сказать. Девочка, если б ты знала, как мало из того, что там лежит, действительно нужно мне или сестре. Взяв за руку Бриенну, он подвел ее к витражу. Сквозь него парень видел бесконечную ленту подъезжающих такси, но, отрезанный от этого действа, чувствовал себя в полной безопасности. Чего нельзя было сказать о его спутнице.
— Достаточно торжественно для тебя, если я приму подарок здесь? — уточнил он. Бриенна была на каблуках, которые совсем немного увеличивали рост, но стеснялась так, словно он говорил ей все это в район пупка, держа за колено. Или это платье так на нее действовало.
— Да, спасибо, — наконец вымолвила она, пытаясь глядеть на него уверенно. Робея, она протянула сверток. Он был синим и перевязан тесьмой.
— Я должен открыть его сейчас? — уточнил он. Бри мотнула головой отрицательно.
— Нет, лучше ты… — она на мгновение зажмурилась и сжала губы в одну тонкую линию, а потом решительно распахнула глаза, ослепив его этим сапфировым пламенем. Потрясающе красивые глаза. — Открой, когда будешь один. Или когда…ммм… когда закончишь с остальными подарками.
Ее ресницы снова дрогнули, но он не дал ей снова запаниковать.
— Хорошо, — произнес он уверенно, убирая во внутренний карман пиджака ее подарок. — Теперь ты должна мне танец, Бриенна. Не бойся, я не кусаюсь.
Вальс обнял их, поддерживая со всех сторон, втянув со временем, как воронка водоворота. Поначалу девушка была немного деревянной, но потом он чуть сильнее сжал ее в своих руках, и она отдала ему инициативу. Дело пошло на лад. То и дело их взгляды пересекались, и Бри начала краснеть. Щеки ее пылали, глаза блестели, а рот был приоткрыт. Если бы он мог позволить себе протанцевать с ней пару танцев подряд, она бы уже не так робела. А потом как бы было здорово сбежать с собственного дня рождения, которое больше напоминало похороны, утащить ее за руку вверх по лестнице, влететь в пустую комнату и развернуть ее подарок. Выслушать все, что она скажет, смотреть, как она обегает взглядом стены комнаты. Отчего-то ему была важна ее реакция. Чувствовать ее дыхание. Держать за руку. Он мечтательно улыбнулся, и она, впервые за танец, очень робко дернула одним уголком губ.
Музыка тем временем кончилась. Он отпустил свою даму, надеясь, что ее не съедят заживо сразу. Пара танцев, и он был уверен, что найдет способ сбежать с этого пышного мероприятия.
И снова сестра в его руках, и они движутся как единое целое. Так легко, словно части одного безупречного механизма. Шаг-шаг-шаг, улыбка, наклон, волосы перед лицом, искрящиеся весельем глаза, белоснежные зубы, темные ресницы трепещут, как крылья бабочки, маня и опустошая. Словно танцую со своим отражением в зеркале. Раньше это его вполне устраивало, теперь же… Чего-то важного не доставало. Слишком гладко, слишком правильно и вместе с тем не так. Устал я с этим праздником, подумал Джейме. И все дело в этом. Нет никого во всем мире прекрасней девушки, с которой я танцую, и я еще на что-то жалуюсь? Толпа ее кавалеров не умещается в зал, толпясь на галереях и в саду. А она с тобой, здесь, и улыбается только тебе. Сейчас тебе, а потом… Нет, стоп, это в прошлом. Все будет иначе, ведь я рядом. Музыка кончалась, и он улыбался Серсее, а она — ему.
Что-то неспокойное пробивалось в его голову, как росток сквозь почву. Взяв бокал шампанского, он поискал глазами брата, но не обнаружил Тириона в пределах видимого пространства. Бриенна тоже как сквозь землю провалилась, понял он. Ее подарок не был тяжелым, но почему-то он не мог забыть, что он в кармане. Танцы тоже начали утомлять, вдруг осознал он. Что можно считать благовидным предлогом, чтобы избежать продолжения этого праздника жизни и роскоши в отдельно взятом львином логове?
