Джон одним бешеным рывком сократил расстояние между ними и поднял ее в воздух до уровня своего лица. Его глаза были по самые ресницы полны безумным бешенством. Впервые Арья испугалась своего брата. Держа ее на весу, он свирепо выдохнул ей в лицо:
— Еще одно слово об этом Ланнистере, и я нахрен выкину тебя в окно!
Осколки затанцевали и сложились у Арьи в голове в одно слово. И это не была «вечность». Ж О П А, подумала Арья Старк.
— Отпусти меня немедленно! — сказала она неожиданно мягко и спокойно. Что в ее голосе его добило, она так и не поняла. Джон выпустил ее и сел на кровати, сжав голову руками. Динамик выдавал осколок очередной баллады…
«И вроде жив и здоров
И вроде жить не тужить
Так откуда взялась
Печаль»
Я знаю, откуда, — подумала Арья. — Вот же блин надо было так вляпаться…
— Я пойду, Джон, — тихо сказала она. У нее было мало опыта общения с парнями в подобных ситуациях. Она предпочла бы тихо раствориться за дверью, — лучше бы ты все ж спустился.
— Арья… — он поднял на нее глаза. Девушка вопросительно посмотрела на брата. — Никому, Арья.
— Обещаю, — отрывисто произнесла она и вышла из комнаты.
— Черт, черт, черт, — думала она, идя по коридору и пиная ковер. Как мне все это на-до-е-ло. Как все не вовремя…
========== 6.19. Не врать себе / Эддард ==========
А потом будет утро. Убирая постель
Ты швырнешь «Камасутру» в открытую дверь.
Припев:
А любовь не тонет, любовь не горит,
Не зовет и не гонит, просто в небе парит.
А потом будет лето, и ты спрячешь глаза,
В линзы черного рассвета ударит гроза.
Припев:
А любовь не тонет, любовь не горит,
Не зовет и не гонит, просто в небе парит.
Не зовет и не гонит, просто в небе парит.
Сон-трава, дым-трава, облаков острова.
За дождем, радугой за…
Сделай шаг, сделай вдох на восход, на восток.
Сделай шаг на небеса.
И никто не поможет, но однажды в толпе
Незнакомый прохожий расскажет тебе.
Припев:
Что любовь не тонет, любовь не горит,
Не зовет и не гонит, просто в небе парит.
В дверь стучали яростно и даже как-то безысходно.
— Санса, — выдохнула куда-то в подушку Кет. Как настоящая мать, она всегда узнавала собственных детей даже по стуку. Из-за двери донеслось приглушенное:
— Ну, просыпайтесь! Дядя и тетя приехали!
— Таргариены, — с ужасом произнесла в подушку его жена и начала лихорадочно собираться. Первым делом она вскочила с кровати, промчалась к двери, помедлила на пороге, словно только сейчас поняла, что голая. Потом продолжила отчаянно отвечать куда-то в щель между дверью и косяком:
— Ох, мы сейчас, Санса, пятнадцать минут. Займи их чем-нибудь, милая.
— Займу, — донеслось обреченно из-за двери.
— Сейчас ты скажешь, что виноват я. Я отвечу — неправда. Потом мы начнем ругаться, — меланхолично отметил Нед. — Экономим время, и ты сможешь сдержать обещание про пятнадцать минут.
Разговор, который они затеяли к ночи, был давно нужен обоим. Он не являлся чьей-то персональной надобностью. Скорее, был необходим семье в целом. Не только им двоим, но и детям. К сожалению, он действительно затянулся до глубокой ночи и был полон разных упреков, придирок, оскорблений, пока не обнажил суть. Нед большей частью молчал и слушал, изредка вставляя необходимые реплики. И все в конечном итоге закончилось примирением, как обычно и бывало. Разумеется, в пылу выяснения отношений о приезде родственников было забыто основательно обоими участвующими сторонами. Теперь они пожинали плоды.
— Ну где, где она?
Кет подняла голову и посмотрела на мужа.
— Не представляю. Я ее не видел давно.
— Кого?
— Ночную рубашку. Ты явно ищещь ее. Но я бы на твоем месте поискал что-то, в чем можно выйти к завтраку.
Его одежда покоилась на стуле аккуратной стопочкой. Армейская привычка, от которой он так и не смог избавиться. Впрочем, он не особо стремился.
— Найдешь перед сном, — произнес он примиряюще, застегивая ремень. Жена смотрела на него укоризненно. — У тебя было такое потрясающее платье.
— Серое? — уточнила Кетлин, распахивая шкаф.
— Нет, зеленое, — улыбнулся он, заканчивая с собственной одеждой. Кет как раз извлекла из недр шкафа простое зеленое платье.
— Не понимаю, почему ты его так любишь, — грустно пробормотала жена. — У меня столько платьев, а тут такие гости… Может, красное?
— Как ты хочешь, — отмахнулся Нед.
Они вышли к столу спустя четверть часа. Лианна лежала в кресле, Рейегар развлекал всех рассказами, их старшая девочка Рейнира о чем-то щебетала с Сансой, а малыш Рикард от нечего делать открывал и закрывал штору на окне. Бриенна уже сидела за столом привычным соляным столпом, Арья что-то горячо доказывала тетке, указывая руками в сторону Джендри. Черт, сестра меня убьет, Баратеон в доме — быть беде.
— Лианна, прости, — сказал он так скоро, как только мог. — Я не отследил, что Джендри может так рано появиться у нас. Я поговорю с ним, чтобы…
— Нет, оставь как есть, я уже успела пообщаться с молодым человеком, — Лианна прищелкнула языком и посмотрела на Неда подняв бровь. — Не самый страшный Баратеон, как-нибудь переживу.
***
