Ей пришлось поехать с Микаэлем в Хедестад, чтобы забрать мотоцикл и оборудование, которое она одолжила в «Милтон секьюрити». Только когда они проехали Уппсалу, Лисбет нарушила обет молчания и спросила, как у него прошла поездка в Австралию. Блумквист вышел из самолета в стокгольмском аэропорту Арланда накануне поздно вечером и спал всего несколько часов. По пути он пересказал ей все, что услышал от Харриет Вангер. Лисбет Саландер сидела молча и откликнулась только через полчаса.
– Ну и сучка.
– Кто?
– Харриет Черт Ее Подери Вангер. Если бы она что-нибудь предприняла в шестьдесят шестом году, Мартин Вангер не смог бы продолжать убивать и насиловать еще тридцать семь лет.
– Харриет знала об убийствах, которые совершал ее отец, но не подозревала, что Мартин принимал в них участие. Она бежала от брата, который насиловал ее и грозился рассказать о том, что она утопила отца, если она не будет ему подчиняться.
– Полная фигня.
После этого они молчали до самого Хедестада. Лисбет пребывала в мрачном настроении. Микаэль опаздывал на условленную встречу и высадил ее у поворота на остров Хедебю. Он спросил, дождется ли она его возвращения.
– А ты собираешься тут ночевать? – спросила она.
– Думаю, да.
– Ты хочешь, чтобы я была дома, когда ты вернешься?
Микаэль вылез из машины, подошел к Лисбет и обнял ее. Она оттолкнула его почти враждебно. Он отодвинулся.
– Лисбет, ты мой друг.
Она холодно посмотрела на него:
– Ты хочешь, чтобы я осталась, чтоб тебе было кого вечером трахать?
Микаэль окинул ее долгим взглядом. Потом развернулся, сел в машину и завел мотор. Он опустил стекло: она исподлобья смотрела на него.
– Я хотел быть тебе другом, – сказал он. – Если ты считаешь иначе, можешь не дожидаться моего возвращения.
Когда Дирк Фруде привел Микаэля в палату, Хенрик Вангер сидел уже полностью одетый. Журналист первым делом справился о его здоровье.
– Меня собираются завтра отпустить на похороны Мартина.
– О чем вам рассказал Дирк Фруде?
Хенрик опустил глаза:
– Он рассказал, чем занимались Мартин и Готфрид. Насколько я понимаю, все даже гораздо хуже, чем я мог себе представить…
– Я узнал, что случилось с Харриет.
– Как она умерла?
– Харриет не умерла. Она жива. И мечтает с вами повидаться, если вы этого захотите.
И Хенрик Вангер, и Дирк Фруде уставились на Микаэля. Они были в шоке.
– Пришлось потратить некоторое время, чтобы уговорить ее приехать сюда, но она жива, хорошо себя чувствует и находится здесь, в Хедестаде. Она приехала сегодня утром и может прийти сюда через час. Если, конечно, вы хотите с нею встретиться.
Микаэлю пришлось повторить всю историю – от начала до конца. Хенрик Вангер слушал с таким вниманием, словно внимал новой версии Нагорной проповеди. Лишь иногда он задавал какой-нибудь вопрос, чтобы что-то уточнить, или просил Микаэля что-нибудь повторить. Дирк Фруде хранил молчание.
Когда рассказ Блумквиста завершился, старик долгое время сидел молча. Хотя врачи и заверяли, что Хенрик Вангер оправился от инфаркта, Микаэль боялся рассказывать ему историю Харриет – он опасался, что для него это будет слишком тяжелым испытанием. Однако Хенрик ничем не выдал своего душевного волнения – лишь голос его, когда он нарушил молчание, прозвучал глухо.
– Бедняжка Харриет… И все-таки ей нужно было бы прийти ко мне.
Микаэль посмотрел на часы. Они показывали без пяти минут четыре.
– Но вы действительно хотите с нею встретиться? Она по-прежнему боится, что вы не примете ее, когда узнаете всю правду до конца.
– А цветы? – спросил Хенрик.
– Я задал ей этот вопрос в самолете, когда мы возвращались домой. Из всей семьи она любила только одного человека – вас. Разумеется, цветы посылала Харриет. Таким образом она надеялась дать вам понять, что жива и что с ней все в порядке, но при этом она не хотела выдавать себя. О ситуации в Хедестаде она могла узнать только от Аниты, которая ни разу не показывалась здесь и, закончив учебу, сразу уехала за границу. Поэтому Харриет ничего не знала о том, что здесь происходит, и не имела понятия, как вы страдали, считая, что это ее убийца таким образом издевается над вами.
– Наверняка она отправляла цветы через Аниту.
– Та работала в авиакомпании и, летая по всему миру, посылала цветы из тех мест, куда попадала.
– Но как ты узнал о том, что помогала ей именно Анита?
– По фотографии, на которой она появилась в окне комнаты Харриет.
– Но ведь она могла быть причастна… Я имею в виду, что она могла оказаться убийцей. Как ты догадался, что Харриет жива?
Микаэль долго смотрел на Хенрика, а потом улыбнулся, впервые со времени возвращения в Хедестад:
– Анита была замешана в исчезновении Харриет, но убийцей она быть не могла.
– Почему ты был в этом так уверен?
– Потому что это был бы уже какой-то плохо сляпанный детектив. Если бы Анита убила Харриет, вы давным-давно нашли бы ее тело. Следовательно, единственное логическое объяснение заключалось в том, что Анита помогла ей бежать и скрыться… Так вы хотите встретиться с Харриет?
– Конечно, хочу.
