к концу отпуска Шерли будет выглядеть как настоящая уроженка этих мест, а не как женщина, выросшая в суровом климате с ощущением, что все обращено против нее
Шерли
этакий вагоноопрокидыватель
в эмоциональном плане
вечно жалуется на ужасную работу в этой ужасной школе, а когда мать советует ей уйти и стать, например, консультантом в области образования, в ответ раздается: мама, мне не нужны твои советы, просто хочу, чтобы ты меня выслушала
Шерли
вечно всем недовольная, притом что у нее все есть: отличное здоровье, непыльная работа, шикарный муж, чудесные дочки и внучка, прекрасный дом и машина, никаких долгов и каждый год роскошный
да, тяжело тебе, Шерл
не то что матери, проводившей весь рабочий день в автобусе с открытой платформой
под дождем и градом
сновавшей по лестнице туда-сюда бессчетное число раз с тяжелым билетным аппаратом на шее и объемистой денежной сумкой на животе, которая с каждым часом становилась все тяжелее, отчего у нее такие покатые плечи и постоянные боли в пояснице
а еще приходилось ругаться с «зайцами» и хитрованами, которые отказывались покинуть автобус и говорили ей всякие гадости – тупая корова, мумба-юмба, засранка-иностранка
а толпа школьников, отталкивающих друг друга, чтобы первыми залезть в автобус! все равно что сбившееся стадо коров
потасовки на открытой платформе, когда ей приходилось бежать к близлежащей телефонной будке и вызывать полицию, поскольку айфонов еще не изобрели
но хуже всего были ночные смены с буйными алкашами, которых выворачивало наизнанку
а однажды в пьяной драке зарезали ножом человека
нет, она не жалуется, слава богу, босс ее не контролировал, а когда народу немного, она любила побалагурить с регулярными пассажирами
Уинсам вынимает из холодильника рыбу, соскабливает чешую, разделывает, нарезает на куски острейшим ножом, промывает холодной водой, окунает в белый уксус и снова промывает
готовит в горшочке маринад из миртового перца, чеснока, кориандра, тимьяна и растительного масла, смачивает в нем рыбу, заворачивает в фольгу и кладет в холодильник
приходит черед фрукта с хлебного дерева на рабочем столе, хвостик она срубает, так как уже нет сил открутить его голыми руками
на темечке она вырезает крестик и втирает растительное масло по всему зеленоватому пупырчатому периметру
засовывает в духовку, где он будет доходить в течение полутора часов
оттуда выйдет идеально запеченным на радость всей семье
она человек благодарный
благодарна за то, что ей удалось вернуться домой, в то время как ее английские подруги остались там и доживают свой век в страхах по поводу цены на отопление и сумеют ли они дотянуть до весны
благодарна за то, что стоило ей только сойти с трапа и окунуться в эту жару, как ее артрит сразу куда-то отступил
и с тех пор о себе не напоминал
благодарна за то, что продажа лондонского домика позволила им купить этот дом у моря
благодарна за то, что у них с Кловисом, а им уже за восемьдесят, приличная пенсия и им не надо думать о деньгах до конца дней, главное, быть бережливыми, что свойственно их поколению, поэтому они покупают не то, чего очень хочется, а только самое необходимое
в долги влезешь, когда ты купишь дом, а не новое платье
Уинсам каждый день повторяет слова благодарности Иисусу за то, что вернул ее домой, где жизнь куда приятнее
и за то, что помог ей обзавестись новыми подругами, которые тоже вернулись домой из Америки, Канады и Великобритании и позвали ее в свой книжный клуб
они оказали ей честь – то, что она кондуктор автобуса, их не смутило
Бернадетта когда-то была секретаршей на государственной службе в Торонто, не замужем, бойфренд навещает ее по ночам, когда не навещает других женщин
Селестина помешана на конспиративных теориях, когда-то работала клерком в ЦРУ в штате Виргиния, живет с Жозефиной из Айовы, могла бы этого и не скрывать
Хейзел открыла первую парикмахерскую для чернокожих в Бристоле, а когда ее муж Тревор умер после ранней деменции, она продала салон и вернулась в родные края, где и живет одна-одинешенька
Дора один раз овдовела и один раз развелась, потом вышла за Джейсона, менеджера-консультанта, в их группе она самая большая интеллектуалка, а когда-то, в далеких шестидесятых, была одной из первых в Англии школьных учителей с темным цветом кожи
каждый месяц они читают новую книгу, а начали с «Неприкаянных лондонцев» тринидадского писателя Селвона, романа о молодых карибских мужчинах в Англии, которые распускают руки и третируют женщин, чьи голоса даже не звучат на страницах книги
их группа сошлась на том, что этим парням следовало бы надавать по башке, и все решили сосредоточиться на писательницах из Карибского бассейна, более зрелых и ответственных, а к авторам-мужчинам вернуться позже
Уинсам уже почувствовала себя образованным человеком, она регулярно читает книжки, а ведь раньше ограничивалась одними газетами
ее любимые авторы – Оливия-старшая с Ямайки, Роза Гай из Тринидада, Пола Маршалл из Барбадоса, Джамайка Кинсайд из Антигуа и Мариз Конде из Гваделупы
