Хекла поспешно опустила глаза, испытав, однако, облегчение, когда заметила, что Тинна заулыбалась. Вот так и бывает с подругами: никогда не знаешь, как с ними себя вести, и боишься их потерять. Всё может так быстро поменяться: сегодня, например, подруги захотят слепить снеговика во дворе или, лёжа на кровати, посмотреть комедию «Дрянные девчонки», а завтра им вдруг взбредёт в голову покататься на машине с парнями, которые гораздо старше их. Иногда они бесились оттого, что Хекла хотела вернуться домой пораньше, и строили такие мины, будто всё, что она говорит, ужасно наивно и нелепо. Временами Хекла не сомневалась, что подружки больше не станут с ней разговаривать, и сильно расстраивалась. Но только до момента, когда она просыпалась на следующее утро и видела в телефоне эсэмэски с сердечками и смайликами, будто ничего и не произошло.
– В курсе, что Альфред с тебя весь урок глаз не сводит? – вдруг прошептала ей Тинна. Хекла уловила клубничный аромат гигиенической помады у себя на губах, а в животе у неё заурчало – позавтракать она не позавтракала, а за обедом съела кусочек ржаной лепёшки – только и всего.
– Да? – спросила она, невольно оглянувшись. Альфред смущённо опустил глаза и заправил свои волосы мышиного цвета за уши. Хекла побыстрее отвернулась и вспомнила об Агнаре.
Тинна ущипнула её за руку:
– Не оглядывайся, дурочка.
Морщась, Хекла потёрла руку.
Тинна улыбнулась:
– Слушай… Положись на меня. Сегодня вечером поедем с ним кататься. Я всё устрою.
– А как же Агнар? – мысль о том, чтобы бросить его, приводила Хеклу в лёгкое волнение.
– Я и об этом позабочусь, – прошептала в ответ Тинна.
– Девочки, – взглянул на них учитель. Его голос был строгим и немного усталым. – Вы меня слушаете?
– Да, конечно, – заулыбалась Тинна.
– И что же я говорил?
Тинна прищурилась и посмотрела на пример на доске. Вздохнув, учитель уже собирался отвернуться, когда Тинна выпалила:
– Наименьший общий знаменатель 1050 – это 43.
Учитель бросил взгляд на доску и снова перевёл его на Тинну.
– Я не ошиблась, – заверила та. – Можете проверить.
Кашлянув, учитель сказал:
– Совершенно верно, Тинна. Может, ты хочешь выйти к доске и показать своим товарищам, как ты пришла к такому выводу?
Едва заметно подмигнув Хекле, Тинна поднялась, отодвинула стул, ножки которого пронзительно скрипнули по линолеуму, и направилась к доске. Быстро и уверенно написав решение примера, она вернулась за парту. Хекла услышала, как позади едва сдерживает хихиканье Диса.
Едва они вылезли из машины, как лежавшая перед домом кошка, подскочила на лапы и под самозабвенное мяуканье принялась тереться об их ноги. Эльма согнулась, чтобы погладить её за ушами, но тут же отдёрнула руку, заметив, что творится у кошки с глазом. Он настолько заплыл, что кошка едва могла его открывать, а из глубокой раны в углу глаза вытекал ядовито-жёлтый гной.
– Кошка бродячая, – тихонько присвистнул Сайвар. Словно почувствовав их подозрительность, кошка внезапно метнулась в сторону обветшалого складского строения, что стояло неподалёку. Они проследили, как она скрывается в зарослях пожухлой крапивы.
Эльму передёрнуло. Она вскинула глаза на дом, который состоял из цокольного и основного этажей и чердака, имел выгнутую резную крышу, подоконники и балкон с перилами из кованого железа. Марианна с Хеклой жили на цокольном этаже, но теперь туда, похоже, уже заселились новые съёмщики. Эльма заметила какое-то шевеление за жалюзи и уловила звуки музыки из открытого окна. В глубине двора, там, где был крутой спуск к морю, доносился шум разбивающихся о скалы волн. Пока Эльма с Сайваром ехали к дому, дождь неожиданно прекратился, будто кто-то закрутил невидимые краны на тучах, и теперь сквозь них пробивались солнечные лучи – яркие и тёплые. Примостившиеся на ближайшем фонарном столбе две вороны перекликались между собой. Их резкое карканье эхом разносилось по улице и резонировало в наступившей после дождя тишине необычайно громко.
– Я бы своих детей никогда в этот двор играть не отпустила, – проговорила Эльма, глядя в сторону обрыва.
Сайвар ничего ответить не успел, поскольку открылась входная дверь и на пороге возникла женщина в полосатом свитере.
Пожимая им руки, она представилась как Элин.
– Уннару уже пора бы быть дома, не понимаю, куда он запропастился. Мы можем присесть на кухне. Моя мама присматривает за младшим, так что есть время выдохнуть.
Они прошли за ней в кухню. Обстановка выглядела старовато: деревянные половицы покрыты глубокими царапинами, а дверные проёмы ýже, чем в современных домах. Проходя мимо гостиной, Эльма бросила туда взгляд и увидела пожилую женщину, на коленях у которой сидел ребёнок. Они перелистывали книжку.
– Мама приходит понянчиться с детьми, пока мы на работе, – объяснила Элин, предложив им минералки. – Она уже на пенсии, так что выручает нас, пока дети не пойдут в садик.
– А в квартиру под вами уже въехали новые жильцы? – спросил Сайвар.
