– Все произошло очень быстро. Они выстроили нас на краю длинного рва… – Рина как будто потеряла нить рассказа и мысленно перенеслась куда-то далеко. Потом встряхнулась и продолжила: – Девочка, которая стояла радом со мной, увидела то, что было внизу, и закричала. Мама взяла ее на руки. Их расстреляли первыми. Автоматная очередь отбросила их на меня, и мы втроем покатились в ров. – Рина замолчала, а я замерла, даже не моргала, так боялась ей помешать. – Я лежала там, внизу, а на меня падали тела расстрелянных. Затем и выстрелы стихли. Свет между телами стал тусклым, так я поняла, что наступил вечер. После выбралась изо рва и пошла в сарай, чтобы найти какую-нибудь одежду. – Рина посмотрела на потолок. – Звезды в ту ночь были похожи на яркие букеты. Они словно склонились над нами и сожалели, что ничем не могут помочь. Я вышла из леса и набрела на фермерский дом. Хозяева, муж и жена, приютили меня. Немцы, их сын погиб на Восточном фронте. Жена сначала боялась, что я украду ее наручные часы. Красивые такие часы – подарок сына. На них много чего можно было сменять. Но они оказались очень добрыми людьми. Уложили меня в кровать своего мальчика и выхаживали, пока я не выздоровела, как родную. Кормили теплым хлебом с клубничным джемом. А я их заразила – так отплатила за гостеприимство.
Я передала Рине салфетку. Она промокнула один глаз, подержала секунду, затем приложила к другому.
– Старик умер первым. Потом пришли русские. Я им сказала, что мы заразные, но им было плевать, они положили мне на лицо дерюгу и изнасиловали. Потом изнасиловали жену фермера и забрали ее часы. Она в ту же ночь и умерла. Что случилось дальше, я помню урывками. Был госпиталь. Теперь вы понимаете, что я вернулась бы раньше, но…
– Рина, это все ужасно, я вам очень сочувствую. Но я не понимаю, зачем вы все это мне рассказываете?
– Я знаю, что Пол много для вас значит…
– Это он вам сказал?
– Когда в первый раз вернулся из Нью-Йорка. В то время меня это мало волновало. Но сейчас все по-другому.
Естественно, по-другому.
– Кэролайн, я желаю вам счастья. Но я не отдам вам Пола. Может, когда-нибудь потом, но не сейчас.
Она ухватилась за край стола, я поняла, что ей нужен отдых.
– Рина, думаю, вам пора вернуться домой к Полу.
– Да, но мне нужно кое о чем вам рассказать.
Господи, о чем еще?
– Я пока не говорила об этом Полу.
Рина, чтобы собраться с силами перед очередным рывком, сделала глубокий вдох.
– Послушайте, сейчас явно не стоит…
– Пола забрали первым. Я была слишком больна, даже есть не могла. Сначала думала, что это грипп, но потом поняла… Я… В общем, я ждала ребенка.
Последняя фраза Рины словно повисла в воздухе между нами. Как чудесно это формулируют французы. Не забеременела, а ждала ребенка.
– Забеременела?
Рина посмотрела мне в глаза и едва заметно кивнула.
– И отец… – начала я и осеклась.
– Пол. – Рина опустила голову и долго смотрела на свои руки. – Подозреваю, война странным образом влияет на людей. В нашем случае она нас сблизила. Видимо, ребенок понимал, что происходит. Она родилась в тот день, когда за мной пришли гестаповцы. Утром на Пасху.
Она? У Пола есть дочь.
Я прижала к губам холодные пальцы.
– Нас предупредили об облаве. Отец забрал у меня малышку, сказал, что знает один монастырь и отнесет ее туда. Он положил ее в коробку из-под обуви. Она была такая маленькая.
– Что за приют?
– Не знаю. В тот же вечер меня забрали, и отец так и не вернулся.
– Сочувствую вашей потере, но…
– За время войны тот монастырь опустел, я начала искать в приютах. Пол упомянул, что…
– Не в моих силах вам помочь, если вы об этом.
Я встала и отнесла свою чашку в раковину.
– Кэролайн, я вас понимаю, я бы на вашем месте тоже не захотела принимать в этом участие. Но если вы передумаете…
Я схватилась рукой за холодную раковину.
– Я возвращаюсь в Нью-Йорк.
Рина встала.
– Да, конечно. Спасибо, что уделили мне время.
Я проводила ее взглядом до двери, а потом смотрела в окно, как она идет по улице, прикрывая сумочкой голову от дождя.
Мысль о поисках ребенка Пола и Рины по сиротским приютам вернула меня обратно в постель. Оказалось, что, несмотря на все уверения Пола, в его жизни все-таки было место для ребенка. С какой стати я должна искать его дочь? Пола явно не интересовало, какие чувства я испытываю по этому поводу. Один раз меня уже использовали, и я извлекла урок. Вокруг полно детективов, которые зарабатывают на жизнь тем, что ищут пропавших родственников и возлюбленных. Достаточно тех, кто способен сделать эту работу гораздо лучше меня.
К вечеру, когда в квартире стало темно, я убедила себя, что Пол и Рина обойдутся без моего участия.
