– Минутку, – сказала Крис и быстро избавилась от рубашки и штанов. Они исчезли под грудой тряпок. Следом пояс. С бронированным трико пришлось повозиться. Нелли насчитала восьмой, то ли девятый полицейский экипаж, остановившийся в этом районе, когда Крис избавилась от трико.
Старуха взяла его, приподняла, вглядываясь. Понюхала и спросила.
– И что нам с этим делать?
– Пусть Тина обернет его вокруг живота, – предложила Сорир.
– Нет, с внучкой я такого не сделаю, – сказала старуха и посмотрела на Крис. – Ты чужачка, оберни его вокруг себя. Пусть никто не скажет, что мы знали, что тут творится.
– Оставлю на себе, – сказала Крис, забирая трико обратно, обернула его на поясе – по крайней мере, живот защищен от выстрелов – завязала узел на спине. Получившийся пояс дополнительно придерживал банку с томатной пастой.
Сорир отступила, внимательно посмотрела на Крис и сказала:
– Так и сделаем. Но, женщина, ты слишком высокая.
– Моя мама всегда так говорит, – сказала Крис. – Спасибо за все, за то, что рискуете. Надеюсь, Набиль в безопасности.
– С Набилем будет так, как того пожелает Аллах. Просто сделай так, чтобы все это не было пустой тратой времени, – уходя, бросила Сорир через плечо.
Крис посмотрела на Тину. Женщина сидела перед ковром. Та глянула на Крис сквозь тонкую ткань, скрывавшую лицо.
– Присаживайся рядом. Я буду передавать тебе нитку, а ты пропускать их через верх ткацкого станка и передавать ее снова мне. Тогда мне не придется часто вставать. Мы с ребенком благословим тебя за это.
– Когда появится ребенок? – спросила Крис. Она мало что знала о беременности, но этот вопрос то и дело всплывал на поверхность.
– Еще месяц. Это мой первый, – сказала женщина. Даже одежда не смогла скрыть гордость.
– Полиция обыскивает магазин за магазином, ищет тебя, – сказала Нелли. – Копам, проводящим обыск, ничего не говорят, но офицеры сильно подозревают, что ищут принцессу Лонгнайф.
– Какое счастье. Вот тебе и прикрытие. Что с анализом?
– Понемногу продвигается, – уклончиво ответила Нелли.
– К этому моменту у тебя уже должны быть первые результаты.
– Не хочу делиться предварительными результатами, они могут измениться.
– Нелли, неужели ты боишься ошибиться?
– Если я скажу, что, как думаю, нашла, ты захочешь отправить результат нескольким людям, что подвергнет нас риску еще большему, чем тот, которому мы уже подвергаемся. Я хочу быть уверена.
– Но ты совсем не уверена в том, что видишь...
– Большие флотские лазеры. Три производственных линии для десятидюймовых и отдельные производственные линии для четырнадцати, шестнадцати и восемнадцатидюймовых лазеров.
– Восемнадцатидюймовых! Думаешь, «Гордость Турантика» откажется нести на себе оружейный набор ниже президентского класса? – Крис вспомнила о лайнере, на котором прилетела сюда. Если с него снять всю роскошь, останется очень большой корпус. Если присобачить несколько футов льда для защиты и дюжину восемнадцатидюймовых лазеров, сможет ли он противостоять линкорам, с которыми Крис пришлось иметь дело в системе Париж? Да запросто.
– Какова скорость производства на этих линиях, Нелли?
– Я над этим работаю. Только помни, лазеры хороши, только если подсоединены к электростанции, производства которых мы не нашли.
– Нелли, есть старая поговорка: нет дыма без огня. Если нет энергии для стрельбы, не получиться и собрать лазер, Мы нашли оружие. Доки Высокого Турантика переделывают шестьдесят, а то и семьдесят кораблей в боевой флот, что по мощности сделает его девятым во всем занятом человечеством космосе.
– И тебе уже не терпится рассказать кому-нибудь об этом?
– Нет, Нелли. Подождем. Заканчивай свой анализ. А потом преобразуй нанос во что-нибудь, что сможет пролететь несколько миль отсюда и отправить сообщения людям, которые должны знать об этом.
– Удаленный вызов. Это может избавить нас от хвостов. К слову, четверо сотрудников безопасности вошли в магазин под нами.
– Они пришли, – сказала старуха прежде, чем Крис успела рот открыть для предупреждения. Женщины сосредоточились на работе. Крис, не говоря ни слова, приняла нить от молодой женщины, пропустила через верх ткацкого станка. Наклонилась. Вес банки с томатной пастой оказался тяжеловатым для спины. Крис потянула нить вниз и положила правую руку к спине, попытавшись облегчить боль. Женщина потянулась за ниткой.
– Так и происходит, когда носишь ребенка, – Крис почти услышала в голосе улыбку.
Со стороны лестницы послышались голоса, скрип ступенек. Двое малышей постарше, наверное, двух и трех лет, бросились к двери. Третья захныкала, уцепившись за мамин балахон. В помещение вошел мужчина в длинном белом халате, тянущемся до туфель, черном жилете и тюбетейке.
– Эти женщины – моя жена, ее мать и семья. Это гарем. Ни один не родственник не может смотреть на них.
