Она с интересом посмотрела на меня и ответила:
– Я всегда подозревала, что за этим скрывается какая-то тайна, если честно!
Я кивнула головой и продолжила:
– Вон там, – я указала в сторону дома Прайма, – жил один… молодой человек, который однажды спас меня от ужасной смерти в лесу. Я возвращалась домой, а моя лошадь чего-то испугалась и скинула меня прямо в грязь. Лил жуткий дождь, и я не могла идти, потому что подвернула ногу…
Рассказывая все это, я снова взглянула на дом, и вот он преобразился, благодаря воспоминаниям: у него появилась черепичная крыша, окна, второй этаж, увитый виноградной лозой, входные двери… Я улыбнулась сама себе и продолжила рассказ:
– И вот, сижу я в грязи и думаю, что моя песенка спета, но тут появляется он… Высокий, сильный, невероятно красивый…
Перед моими глазами появился образ Прайма – он идет по дороге и мое сердце отплясывает тарантеллу, а рука… сжимает острый кинжал.
– Прайм? Это тот самый Прайм? – спросила Полетта, обожавшая романтические истории.
– О, да! Он взял меня на руки и понес сюда, домой.
Полетта прижала ладошки к щекам и сказала:
– Как же… романтично! А что вы?
– Я? Заболела, конечно же. Но перед тем, как впасть в лихорадочное беспамятство, увидела его и отчаянно влюбилась.
Перед глазами появилось его лицо, высокие скулы, немного раскосые глаза, такие притягательные уста. Я снова улыбнулась и вспомнила, как он спускался вниз по горе, спеша на свидание ко мне. Это когда он изображал для Катарины человека. Но еще он умел появляться передо мной, обжигая таким взглядом, от которого кружилась голова… Из задумчивости меня вывела Полетта, которая трясла меня за рукав, видимо, ожидая продолжения рассказа.
– Он жил, кстати, там, на горе. Я хочу подняться туда… – сказала я, и, не сомневаясь больше в правильности моего решения, двинулась вперед, через заросли болиголова.
Полетта, у которой испарилась куда-то усталость, пошла за мной, засыпая вопросами:
– И что? Какой он был? Ну, расскажите, госпожа, страсть как интересно! Он приходил к вам? А почему вы не поженились? Он был бедным и не мог на вас жениться?
– Да нет же. Он был богат, просто находился здесь какое-то время, по торговым делам. Был скромный и не любил роскошь. Жениться мог и хотел, я тоже, но ему пришлось уехать и он погиб…
Полетта ахнула и крепче вцепилась в мою руку. Она смотрела на меня распахнутыми от ужаса глазами, и я видела, что она готова зарыдать. Ну что за чувствительная девчонка! Я нежно похлопала ее плечу и сказала:
– Ну, вот и вся история. Не реви!
Я больше не могла сказать ни слова, потому что старая сердечная боль могла вернуться, и тогда я просто разрыдаюсь здесь, посреди леса и развалин. Я взяла юную Полетту, исподволь вытиравшую нос и глаза рукавом платья, под локоть, и мы молча отправились в сторону виноградников.
Когда мы добрались до них через высокий кустарник и бурелом, то открывшийся вид огорчил меня. Снова запустение и ни намека на то, что здесь когда-то жили и работали люди. Ухоженные, в прошлом, лозы одичали, оплетя все вокруг, даже стволы близко стоящих сосен. Повсюду висели гроздья молодого винограда, еще совсем зеленые. Я вздохнула, вспомнив, что их когда-то лично посадил Прайм. Вот он усердно копает ямку, а потом бережно садит туда маленькую виноградную лозу с изумрудными листиками. Его светлые глаза смотрят с нежностью, мечтательно, и я не могу на него наглядеться. А потом задаю и задаю вопросы, чтобы он никуда не уходил, и чтобы снова слушать его голос, радуясь терпеливым объяснениям. Тайком ликую и пугаюсь, заметив, что и он не спешит расставаться – готов делать что угодно, лишь бы я была рядом. Было ли у меня так с Кристофером? Нет. Могло бы быть? Не знаю, я всю любовь, без остатка, отдала Прайму, и ничего с этим не поделать. Чувствовала ли я вину перед Кристофером за обман? Да и постоянно.
Я снова вздохнула и мы, обойдя дикое буйство винограда через лес, примерно через час вышли на поляну, на которой стоял дом Прайма. Ноги ныли от усталости и я не представляла себе, как мы преодолеем обратный путь до кареты, к Массимо, а потом еще будем скакать на лошадях в Барселону. Появилась даже идея переночевать в бывшем доме Прайма, а потом отправиться в обратный путь.
Казалось, что он стала меньше – деревья и кустарники заметно разрослись, а трава была по колено. Я ждала, что его дом будет так же заброшен, как и мой, но была удивлена – окна и двери на своих местах, а стены дома были даже побелены известью! На какой-то миг мне поверилось, что это Прайм вернулся. Сердце радостно подпрыгнуло, но Полетта вернула меня на землю:
– Госпожа, нам лучше уйти отсюда! Кто-то живет в вашем бывшем доме! – шепотом сказала Полетта, – Нас некому защитить, если что!
