Часть меня, чуждая романтике, которая расчетливо вышла замуж за Кристофера, ойкнула, и я напомнила себе суровую правду: время чудес осталось в прошлом. Если бы Прайм остался жив, то обязательно нашел бы меня, а не белил стены своего старого дома… А здесь могли поселиться люди, сбежавшие от чумы или беглые крестьяне. В мире творится такая неразбериха – вот они и отсиживаются в лесу до лучших времен.
Я осторожно нащупала на поясе свой верный кинжал, вынула его и спрятала за спиной. От прежней беззаботной радости не осталось и следа. Я сердцем чувствовала какую-то угрозу, которая исходила от дома. Над его трубой взвился дым, и я стала отступать назад, заслоняя собой юную Полетту.
– Давай, быстрее спускайся вниз, слышишь меня? – сказала я ей шепотом, а она была рада исполнять мое приказание – побежала бегом вниз, я следом за ней, надеясь, что высокая трава быстро скроет нас от чужих глаз, но Полетта зацепилась ногой за что-то и упала в грязь, громко вскрикнув. Я поспешила к ней, чтобы помочь подняться и услышала, как дверь дома со скрипом отворилась. Я оглянулась и увидела на его пороге Марию-волчицу! Старая женщина была достаточно прилично одета, на голове повязан шелковый платок, а руки уперты в бока. Она рассмотрела нас и вдруг так зловеще улыбнулась, что кровь застыла у меня в жилах.
Она шла к нам, говоря на удивление громким голосом:
– Ну здравствуй, Адель де Ламбрини, Альвадорес де Кастилья, монах Дионисий, Адель Бакли или как там еще тебя зовут? Невеста кровососа, который убил моих детей! Я долго ждала тебя! Ну, куда же ты бежишь? Ты думаешь уйти от меня, глупая девчонка? Я не зря сидела здесь столько лет. Я знала, что однажды ты сюда притащишься. Мы наблюдали за тобой, следили. Ты думала, что спрячешься от возмездия в доме этого жалкого докторишки?
– Но почему? Почему ты это делаешь? Ты же спасла меня тогда от оборотней, которые гнались за мной в лесу? – спросила я у нее, поднимая Полетту из грязи.
– Глупая девчонка! Я отбила тебя от конкурентов, только и всего! Ты принесешь нам сказочное богатство!
Кошмары из моего прошлого вдруг снова стали реальностью! Следом за Марией из дома вышел Люк, якобы паломник, которого я последний раз видела в Венеции, в соборе Святого Христофора. Безумная мысль проскочила в голове – а вдруг он здесь случайно? Хотя вряд ли… Он путешествовал и следил за мной, вот откуда они узнали, где меня искать. От злости я просто зарычала.
– Что… что происходит? – спросила напуганная Полетта, когда я быстро поднимала ее из грязи.
– Это моя старая знакомая. Я думала, что она потеряла меня навсегда, но, как видишь, нет.
Старуха вдруг задрожала, упала на землю и через пару секунд превратилась в серую волчицу, угловатую, с запавшими боками, но с самой отвратительной мордой, какую мне приходилось видеть. Она подняла морду и громко завыла, отчего я поняла, что нам конец – мне и со старухой-то не справиться, что уж говорить про тех оборотней, которых она сейчас созывала своим ужасным воем? Люк стоял в дверях, облокотившись о косяк и сложив руки на груди, спокойно наблюдал на нами.
– Беги, беги отсюда к Массимо! – сказала я Полетте быстро и добавила: – Садитесь на коней и скачите от сюда так быстро, как только можно! Передайте Кристоферу и Прайму, что я люблю их!
Полетта взглянула на огромную волчицу за моей спиной и, кивнув головой, побежала вниз со всех ног. Я надеялась от всей души на то, что никто из стаи оборотней ее не догонит. Я попрощалась с моей любимой щебетухой и повернулась в подкрадывающейся в предвкушении расправы волчице и сказала:
– Ну, чего ты ждешь? Боишься простой смертной женщины? – и выставила перед собой тоненький кинжал, понимая, как это безнадежно – оборотня не убить всем существующим оружием, вместе взятым.
Она остановилась в шаге от меня и даже пришлось задрать голову вверх, чтобы смотреть в глаза врагу. В голове сама собой проскользнула мысль: «Как было бы хорошо, чтобы он оказался рядом».
Волчица обнажила зубы и открыла огромную пасть. Я же успела произнести:
– Я иду к тебе, мой любимый!
Но вместо ожидаемой боли услышала звук, напоминающий стук двух столкнувшихся камней. Меня отбросило в сторону, я ударилась о дерево и, раскрыв глаза, увидела, что лежу под большим дубом, а на поляне перед домом идет бой между молниеносной тенью и старой волчицей. Тень двигалась так быстро, что сомнений не оставалось – это был вампир. Огромная собака, казалось, танцевала какой-то безумный танец – то с лязгом что-то ловила своими желтыми зубами, то падала на землю, подпрыгивала высоко в воздух с ужасающим рычанием. Клочья шерсти и комки грязи летели во все стороны, и во мне появилось странное чувство, что я уже видела подобное когда-то. Как бы там ни было, но я хорошо понимала, что мне пора убираться.
