Алиса и Джек были, как всегда, приветливы, к тому же Джека еще распирало от гордости, когда Адель стала благодарить его жену за великолепно организованную свадьбу. Она не знала, что и как будет происходить – Прайм устроил для нее сюрприз. Алиса, получив неограниченный кредит, разошлась не на шутку – если в свадебном бизнесе есть премия «Оскар», то она ее однозначно получила! Белоснежные скатерти с золотыми вензелями, розы и фрезии были повсюду. Алтарь она соорудила под белыми шатром в восточном стиле, который защищал нас от прямых солнечных лучей. Даже стулья для гостей выглядели шикарно, хотя трудно сказать почему: то ли потому что были частью роскошного ансамбля, то ли потому что напоминали старинную мебель. Алиса решила сделать смешение эпох, воссоздав то время, когда зародилась любовь жениха и невесты. Думаю, что ей это удалось.
Я снова осмотрелась по сторонам. Старинный замок, в котором проходила свадьба, стоял на скале над широкой голубой лагуной, а на волнах мирно покачивались белые яхты, на которых прибыла часть гостей (в том числе – Ханны и Брукса). Старинный особняк – двухэтажное великолепие с массой барельефов и колонн – выходил широкими окнами на море, а просторный балкон перед ним был, по большому счету, огромной смотровой площадкой над скалистым берегом. Архитектор воплотил в жизнь этот необычный проект, создав невероятно романтичный уголок на французском побережье.
Зеленые склоны близлежащих гор щедро поросли оливковыми деревьями и соснами, акациями и пальмами. Над нами кружили чайки, соленый ветерок приносил прохладу в раскаленный от южного солнца день и, судя по всему, впереди нас ждал прекрасный вечер. Прайм и Адель отправились переодеваться в наряды «после венчания», которые Алиса любовно хранила в шкафу и никому не показывала. Вся концепция свадьбы делала ее похожей на театральную постановку, но Прайму нравилось. Мне казалось, что он хотел сделать это событие торжественным до неприличия – ведь он так долго этого ждал!
Алиса как раз находилась у столика с напитками, мягко отчитывая молоденького официанта, который не справлялся со своими обязанностями, потому что не мог отвести глаз от Лили. Она сверкала великолепием, как всегда, затмевая красотой закат. Даже присутствие могучего Келлана не останавливало молодого человека от восхищенных взглядов, которые он бросал на Лили.
Алиса пыталась вернуть в чувство пылкого юношу, но внезапно запнулась на полуслове – на освещенную закатным солнцем террасу вышли собственной персоной Аронимус, Кунц и Кайсус!
Сказать, что это была неожиданность – ничего не сказать. Присутствующие на свадьбе люди не заметили приближения катастрофы – всего лишь еще одни гости, правда, сильно опоздавшие и тоже невероятно красивые. А вампиры прекрасно понимали, что ничего доброго этот визит не мог принести. Триумвиат появлялся без приглашения примерно в конце существования тех вампиров, к которым они внезапно наносили визит. Это был их фирменный стиль совершать правосудие.
Я тут же посмотрела на официантов и священника, которые были единственными людьми на этом мероприятии – они были шаткой надеждой, что при них Аронимус будет вести себя сдержанно. Они сами установили правило скрывать наше существование от людей, а лишние свидетели ему были не нужны, хотя ради расправы над нами они могли уничтожить маленький городок.
Диксон на правах главы нашего клана вышел вперед и, приветственно раскинув руки, сказал:
– Аронимус, Кунц, Кайсус! Какими судьбами вы здесь оказались?
– Да вот, птичка на хвосте принесла, что здесь просто свадьба века! Вот мы и решили заглянуть на огонек, чтобы лично поздравить молодоженов!
Кунц после этих слов так нехорошо улыбнулся, что я поняла – живыми они нас не отпустят. Эдуард тоже это понял, поэтому непринужденно обнял меня за плечи и как бы невзначай повел к Ханне и Бруксу. Тот уже осторожно заслонил ее собой, причем Эдуард стал рядом с ним плечом к плечу. Дочь уткнулась головой в спину отца, потому что Триумвират был самым ярким кошмаром ее детства.
– Диксон, Элиза, вижу, что наш визит взволновал ваше семейство… – сказал Кайсус, как всегда, елейным голосом.
Но все прекрасно знали, что это только искусная симуляция доброжелательности. Кайсус любил собственноручно отрывать головы провинившимся. Кунц, например, к такому не стремился, он был старым интриганом, который исподтишка манипулировал другими. Но Аронимус был «шоуменом», у него великолепно получались сцены, полные трагизма и проникновенности. Он, как никто другой, умел изобразить отеческую заботу, зная, что его возлюбленный собеседник через пять минут умрет. Думаю, что это доставляло ему удовольствие.
Эта компания испорченных властью бессмертных сейчас стояла посреди свадебного шатра с видом хозяев положения и даже не скрывали своих враждебных намерений. Думаю, что вокруг нас стоит армия Триумвирата, потому что они в одиночестве не путешествуют.
– Вы сами, без охраны? – спросила Алиса, радушно протянув руки Аронимусу для рукопожатия, как милому другу.
