В ноябре я отправился на собеседование по работе. Сан Саныч, хотя и обещал, но не смог устроить меня в эксплуатационный отдел реорганизованного «Севэнерго». Пока я ехал, вспомнил еще раз, как вернулся домой после похорон. Когда я подходил к входной двери, мне навстречу двинулась серая тень, инстинкты, обострившиеся в последнее время, сработали за меня и через пару секунд я уронил тень на землю, прямо в лужу. Та заплакала и обняла меня. Это Галя узнала от Сан Саныча, когда я вернусь, и ждала меня около моего дома. Я гладил девушку по волосам и как мог успокаивал. Но кроме, «как я рада, что ты жив» и всхлипов ничего больше от нее не услышал. Слишком сильно я ее напугал. Мы зашли домой, я растопил камин, чтобы просохло ее пальто. Потом мы сидели перед камином и смотрели на огонь. Она ничего не спрашивала, просто наблюдала, как язычки пламени танцуют на березовых поленьях. Когда вещи просохли, я отвез ее домой. В тот день мы так и не поговорили. Но через неделю она пришла ко мне вечером.
– Здравствуй. Можно зайти?
– Привет! Входи. Ты какими судьбами в моих краях?
– Я очень хотела тебя увидеть. Можно войти?
– Конечно.
– Предложишь чаю?
Я помог Гале снять пальто и заварил чай. Мы прошли в гостиную.
– Как ты здесь? Как здоровье?
– Да как, не жалуюсь. Сижу дома, работы пока нет. Доделал кучу дел по хозяйству. Даже те, что откладывал несколько лет. Нога побаливает, а в остальном вроде нормально. Ты как?
– Все также. Ты знаешь как плохо без любимого человека.
– Время многое лечит. Вопрос сколько его пройдет, прежде чем рана затянется.
– Ты все такой же. Хотя нет, сейчас ты какой–то другой, как будто что–то узнал новое, ранее неведомое.
– Ты сейчас где? – я попытался перевести разговор.
– Работаю в отделе эксплуатации пока, трудимся над последними корректировками программ режимов работы «Элефанта».
– Интересно?
– Очень. После бумажной работы особенно. И наработки по кандидатской сюда пригодились. Все в свое время. Но очень одиноко.
– Почему? Ребята там все на подбор. Один другого лучше.
– Нет, они все замечательные, но они не ты! – на одном дыхании выпалила она и покраснела.
Тут пришла моя очередь краснеть. Что мне было сказать? Я своими руками похоронил свою любовь, в прямом и переносном смысле слова. Что сказать человеку, который ждет так терпеливо, но не может сдерживать своих чувств?! Я молчал, делая вид, что размешиваю сахар.
– Я твой друг Галя, всегда им был и буду, но не проси от меня большего. Не смогу я тебе дать той воды, которой у меня нет. Та, что была, высохла, и больше ее нет.
Галя сделала над собой видимое усилие и не расплакалась.
– Хорошо, Паш. Я понимаю, что ты пережил. Точнее пытаюсь понять. Я не буду больше возвращаться к этому разговору.
Она сдержала свое слово. С тех пор мы несколько раз пересекались, но она больше никак не напоминала мне о происшедшем. Я был ей очень благодарен за это. Каждый день я ходил в какую–то новую организацию, но все почему–то не складывалось. Казалось, это рок какой–то.
В начале ноября я ехал на очередное собеседование. Незадолго до этого прошел сильный снегопад, дороги еще не были очищены от снега. В итоге я опаздывал по времени на встречу.
