Я не прошёл и половины пути, как тени вокруг меня сгустились, а реальность пошла рябью. Пол взбрыкнул, ударяя по ногам, а в следующий момент под сапогами захрустела пожухлая трава.
Молочной пеленой вокруг клубился туман. Здесь, за гранью, во владениях Хозяйки, ничего не изменилось с моего прошлого посещения. Разве что три сосны, единственное постоянное место на бесконечном поле, были совсем рядом, и не пришлось никуда идти.
— Садись, Бродяга, — Хозяйка указала на скамейку рядом с собой, — нам есть что обсудить.
Придерживая рукой кота в «люльке», я опустился возле Хозяйки. Мурзилка делал вид, что ничего необычного не происходит, но то и дело зыркал зелёными глазами на мою начальницу.
— Мне очень жаль, Бродяга, что ты потерял свой Талант. Уж извини, но я не могу дать тебе новый. В отличие от Павших, моя сила неделима, и даже малую её часть невозможно передать смертному. Таланты некромантов — это старые боги, не пожелавшие становиться Павшими и заключившие со мной договор. Именно поэтому вас, моих слуг, так мало. Впрочем, ты и сам об этом догадался.
Я кивнул.
— Твоя судьба была предопределена с самого начала, Бродяга. Ты не слился полностью с Талантом, как полагается некромантам. И твой Талант смог вернуть себе память и сознание. С этого момента его битва со старым врагом стала неизбежной.
— Вы же сами отправили меня в Египет. Приказали бы сжечь мумию — и всё осталось бы по-прежнему.
Хозяйка печально улыбнулась.
— В большой игре с Павшими я вынуждена жертвовать фигурами, даже такими, как ты. Не обижайся, Бродяга, ты был не пешкой, а скорее ферзём. Но я не могла упустить шанс уничтожить Сета.
Мне нечего было ей ответить. У неё, сущности гораздо большей, чем обычный человек, были свои понятия о правильности и честности. И было бы глупо обижаться, что мной распоряжались, как марионеткой. Но всё же подобное признание слышать оказалось неприятно.
— Тот, кому ты был вместилищем и который служил тебе своей силой, ушёл. Я не знаю, где он сейчас и существует ли вообще. А, значит, ты больше не сможешь помогать мне, — как ни в чём не бывало продолжила Хозяйка. — Но ты не покинешь меня без награды. Тот чёрный песок, что ты заработал, остаётся с тобой, Бродяга, как и право отдавать его другим. А я добавлю песка сверху за всё сделанное в пирамиде и как прощальную премию. Также даю тебе право приходить сюда, за грань, и говорить со мной. Будем считать, что ты выведен за штат и вернёшься на службу, если Талант сможет возродиться.
Я вздохнул и постарался не скривиться. Ну и ладно! Деланным магом и князем я остаюсь в любом случае. Обойдусь и без Таланта, если так сложилось. Зато и требовать от меня служить да устраивать «жатвы» никто не будет.
— Но есть и хорошая новость, — Хозяйка усмехнулась. — Запреты некромантов больше на тебя не распространяются. Твоя невеста будет рада узнать такую новость.
Она протянула руку и коснулась Мурзилки.
— Мяу! — тот недовольно дёрнулся и прижал уши.
— Я не буду тебя наказывать, Акеру. Всё же ты помог победить Сета и потерял почти всю свою силу. Но рано или поздно тебе придётся исполнить договор со мной.
Кот отвернулся и сдавленно зашипел.
— А теперь уходите, оба. Мне не о чем больше с вами говорить.
Прежде чем мы вывалились в обычную реальность, Хозяйка сказала мне:
— Бродяга, не жалей о времени! Тебе и так его хватит, даже если потеряешь немного.
Мне пришлось плюхнуться на пол и перевести дух. Путешествие за грань высосало последние силы, заставив сердце колотиться как бешеное. А вот Мурзилка, наоборот, взбодрился и недовольно мяукал, требуя быстрее вынести его из пирамиды.
— Погоди, сейчас уже выйдем наружу.
Я поднялся и заковылял вперёд, шаркая и спотыкаясь на каждому шагу. Чем ближе к выходу, тем больше становилось песка. Он лежал ровным слоем на полу и целыми барханами высился около стен. В слабом свете магического огонька я пару раз видел белые кости черепов, пялящихся на меня пустыми глазницами. Кажется, это был совсем не тот коридор, по которому я попал в пирамиду — я хоть и долго пробыл внутри, но не столько, чтобы здесь истлели трупы.
Оставалось пройти шагов тридцать до выхода, когда один из барханов впереди стал осыпаться. Песок зашевелился, и из него начала подниматься человеческая фигура. Лицо, туго обтянутое кожей, ввалившиеся глаза, оскаленные зубы и рваньё вместо одежды. Поднятый мертвец!
Взмахнув small wand’ом, я начал рисовать в воздухе Знак Огня.
— Константин Платонович! Это же я! Вы меня не узнаёте?
— Дима? Киж⁈ Что с тобой случилось?
Мертвец развёл руками.
— Время, Константин Платонович. Вы слишком долго были внутри пирамиды.
— Сколько? — я подскочил к Кижу, заглядывая в глаза. — Сколько я там был?
— Больше десяти лет, Константин Платонович. Я уж думал, что не дождусь вашего возвращения.
Киж, хоть и сам был не в лучшей форме, помог мне добраться до выхода из пирамиды. По пути рассказывая, что происходило во время моего отсутствия.
