Разливаясь соловьём, он хвастался со страшным воодушевлением. Такие судари мне не раз встречались: в жизни успехи у них посредственные, а в душе горит неудовлетворённое эго. Вот и готовы они перед любым слушателем возвеличивать себя до небес. Такому хвастуну стоит только немного подпеть — и можно делать с ним что хочешь. Не люблю подобные манипуляции, но сейчас придётся дурить ему голову.
Он говорил и говорил, а я кивал и поддакивал в нужных местах. А что, мне несложно, если человеку приятно. Пусть себе болтает, пока я не подсёк крючок и не вытащил его за жабры.
— Не понимаю, — как бы случайно я вклинился в его монолог, — почему губернатор поставил командующим не вас, а маркиза.
— Вот! — де Круа чуть не подпрыгнул. — Даже вы, посторонний человек, сразу увидели эту несуразность! Как вообще можно было доверить руководство ему? Вы бы видели, чем он занимается — днями спит, а ночами пьёт и играет в карты! Мне пришлось взять на себя все важные дела вместо него. А он даже не стал изучать бумаги, что я приготовил. Он просто швырнул их на пол и заявил, что не хочет сейчас читать. Представляете⁈ К тому же он ниже меня по рождению, а титул и вовсе может не получить.
Переключившись, де Круа прекратил хвастаться и начал топить своего начальника. Вытаскивая его грязное бельё, нюансы биографии и родословной. Дай ему волю, он докопался бы до недоеденной маркизом в детстве каши. Но я прервал его словоизвержение, сочувственно похлопав по руке.
— Ах, дорогой мой! Поверьте, я вам искренне сочувствую. И просто обязан как дворянин и человек чести помочь вам занять полагающееся место.
— Князь! Но мы же с вами воюем! Я не могу, как бы не хотел этого, принять помощь из ваших благородных рук.
— Какие глупости! — пришлось всплеснуть руками для большего эффекта. — Вы что, поверили, что эта война настоящая?
— Но губернатор…
— Не может её объявить, — я покровительственно улыбнулся. — Войну против Российской Империи может начать только Карл Третий, король Испании.
— А… — На лице де Круа появилось глупое непонимающее выражение. — Но король не объявлял…
— Вот именно, мой дорогой, вот именно. В погоне за властью губернатор увлёкся, посчитал себя великим полководцем и заигрался. А заодно втянул и вас в эту авантюру.
— Как же, ведь я сам видел письмо от вице-короля!
— Вице-король опытный интриган и хитрый вельможа. Он воспользовался глупостью губернатора, дождётся его провала и весной лишит должности.
— Откуда вы знаете?
Я усмехнулся, поманил де Круа и шёпотом сказал:
— У меня с вице-королём всё обговорено. Я согласился подыграть в этой интриге, чтобы дать моим войскам размяться.
— Но ведь у вас мало солдат и нет боевых Талантов!
— Кто вам это сказал?
— Э…
— Вы сами могли убедиться в моих возможностях. А ведь я не стремился уничтожить ваш отряд, только лишь взять в плен. И для этого мне хватило малой капли Таланта.
— Прошу простить, ваша светлость, — он растерянно моргнул. — Я просто не почувствовал, что вы тоже Талант.
— Не стоит извиняться, мой друг, — я улыбнулся. — Вам, наверное, не сказали, что я некромант. Это очень странный Талант, с которым весьма непросто находиться рядом. Я стараюсь не показывать его по пустякам.
За годы с Анубисом внутри я назубок запомнил спектр его излучения. Впрочем, сейчас мне требовалась не достоверность, а эффектность. Пришлось напрячься, чтобы сплести из эфирной «пряжи» сложную конструкцию и пустить её «на ветер». На десяток секунд крышу арсенала затопила тяжёлая «некромантская» аура с «могильными» нотками и прожилками обжигающе холодного эфира.
Де Круа поперхнулся и побледнел, с ужасом глядя на меня. Я печально вздохнул и выключил «Талант», давая эфиру развеяться.
— Я же говорил, что мой Талант сложно выносить.
— Это было впечатляюще, ваша светлость! Даже представить боюсь, как вы выглядите в гневе.
— Теперь вы понимаете, мой друг, почему потуги вашего губернатора меня ничуть не беспокоят. И вице-король прекрасно об этом осведомлён.
— О! — Де Круа многозначительно кивнул. — Так вот почему он не стал посылать сюда полки из Мехико. Всё сходится!
Мы переглянулись и оба покачали головами, будто два мудреца, знающие тайны вселенной. Мне оставалось только сдерживаться, чтобы не рассмеяться в голос. Сильный Талант не гарантирует ума — де Круа купился на лесть и принял мой блеф за чистую монету. Что же, пора его направить в нужную сторону.
— Но что же делать? — испанец наморщил лоб. — Ведь я у вас в плену, а губернатор настроен атаковать через десять дней, когда в Тихуану прибудет второй полк.
— Думаю, я смогу вам помочь, дорогой мой. Таланты должны поддерживать друг друга, ведь мы плоть от плоти магии.
Де Круа часто закивал.
— Как точно вы говорите, ваша светлость! Я тоже считаю, что простецам надо знать своё место, а власть может принадлежать только нам, Талантам!
Я ещё немного «пощекотал» его самолюбие и плавно перешёл к делу.
— Вы сегодня же вернётесь в Тихуану. Скажете, что были оглушены, когда отряд попал в ловушку. Но придя в себя, сразу же сбежали из плена.
— А как же де Суньига? Он ведь донесёт, как было дело на самом деле.
