— Почти четыре. Надеюсь, старый зануда закончил с обещанными расчётами.
Дирижаблю приходилось бороться с боковым ветром, и пять тысяч вёрст мы одолели только за четыре дня. Всё это время я читал, обсуждал с Сашкой деланную магию и разбирал приходящие эфирограммы. Увы, в пути меня настигла печальная новость: в Алеутском Успенском женском монастыре упокоилась с миром сестра Досифея. Под этим именем там долгие годы жила Елизавета Тараканова.
После той злополучной попытки переворота её задержали люди из Тайной экспедиции. Допросы, указ императрицы о пожизненном заключении, а затем маленькая камера в Петропавловской крепости.
Через два года Шешковский в письме упомянул Тараканову в том ключе, что вряд ли она долго проживёт. Условия заключения не слишком способствовали здоровью, к тому же у неё обнаружили чахотку.
Не скажу, что мне так уж было жаль её. Мы сами выбираем свою судьбу, и она знала, на что шла. Сомневаюсь, что в случае успеха переворота её противников ждала бы лучшая участь. Но за Елизавету неожиданно вступилась Таня. Пусть дурная, пусть мятежница, но она всё же была ей сестрой. И Таня уговорила меня поучаствовать в её судьбе.
Порталом я отправился в Петербург и явился к императрице. Под моё слово она разрешила Таракановой принять постриг в одном из монастырей. А затем Шешковский отвёз меня в Петропавловскую крепость и выдал узницу. Когда Тараканову вывели из камеры, я не узнал её. Передо мной была не прежняя молодая красавица, а скелет, обтянутый кожей. Так что пришлось придерживать её, чтобы провести через портал.
К счастью для неё, Знаки Тау смогли справиться с чахоткой. Но здоровье у Елизаветы оказалось подорвано длительным заключением и пытками. Она приняла постриг с радостью — монашеская келья лучше камеры, где запрещено разговаривать даже с охраной. Тем более что врачи не давали ей больше года жизни. Однако она прожила ещё восемнадцать лет, радуясь каждому дню. Она примирилась с Таней и много с ней переписывалась. Пожалуй, Тараканова смогла переосмыслить свою жизнь и действительно измениться.
Ещё одна важная эфирограмма пришла от Кижа из Парижа. Требовалось отправить туда кого-то с дипломатической миссией, и мертвец едва меня измором не взял, чтобы я назначил его послом. Уж очень ему хотелось проверить свои карточные таланты в парижских салонах. Но надо отдать ему должное, с моим поручением он тоже справился на отлично. Так что прочитав эфирограмму, я вызвал с мостика Сашку — наследник обязательно должен быть в курсе подобных новостей.
— Хорошие новости: французский король согласился продать нам Луизианщину.
Александр удивлённо поднял бровь.
— А мы разве собирались её покупать?
— Да, — я кивнул, — для этого Дмитрий Иванович и поехал в Париж.
— Прости, пап, но я не понимаю. Зачем нам Луизианщина? Ты же сам говорил, что у нас слишком мало людей для такой территории. Бабушка Марья жаловалась, что школы новые открывать не получается — учителей найти негде. А тут огромные земли, да ещё и с французскими поселенцами.
— Только одна причина, но существенная. — Я сделал паузу. — Авалонцы.
Сашка прищурился, глядя на меня.
— Ты не хочешь, чтобы им Луизианщина досталась?
— Я мечтаю сбросить их колонии в Атлантику.
Вскочив, Александр прошёлся по каюте из угла в угол.
— Если мы будем держать Миссисипи по всему течению, то прижмём их к побережью, да? Перекроем торговлю, договоримся с индейцами…
— Не сейчас, лет через десять, — я усмехнулся. — Пока мы просто купим у французов колонию, которая им не нужна. И поставим своих людей в Новом Орлеане.
Мы набросали примерный план, как поступать с Луизианщиной и как сделать больно сударям авалонцам. Скорее всего, Сашке и придётся воплощать его в жизнь. За эти годы мне стало надоедать править княжеством, а мой сын будет отличным князем и с удовольствием возьмёт власть в свои руки. А мы с Таней отправимся путешествовать. Таинственные пирамиды в Мексике, защищённые странной магией. Затерянные города в Южной Америке, откуда мне привезли загадочный хрустальный череп. Центральная Африка, куда не добирался ни один исследователь. Австралия, где в сердце пустыни скрыт мощный источник эфира. Да мало ли в мире тайн, которые мы с Таней можем изучить? А чёрного песка у меня столько, что хватит на всё. Осталось только дождаться, когда Сашка войдёт в силу, и передать ему княжество.
— И сколько французы хотят за Луизианщину? — спросил под конец разговора Сашка.
— Этот вопрос король хочет обсудить со мной лично. Вернёмся домой, и я отправлюсь во Францию.
Вглазах Сашки вспыхнули огоньки.
— И я с тобой?
— На этот раз нет. Твоя мама давно хотела побывать в Париже, так что извини. А ты останешься «на хозяйстве» в княжестве.
Сашка подумал пару секунд и согласно кивнул. Побыть в роли князя для него было интересней, чем посмотреть на какой-то там Париж.
