Да, неолиберальные футурологи уже «воспевают новые возможности постлюдей». Однако они не осознают, что сами «постлюди» не будут пассивно глядеть, как рушится их личностная субъективность даже под эгидой замудренного лжеглобализма трансгкманистов. Приравнивание и даже «сращивание» человека с машиной чрезвычайно утопична. Такая «перезагрузка» может быть бессмертной лишь в случае «Большого взрыва» человеческой цивилизации, которая должна поддерживать объективно-субъективное равновесие существования. «Большая перезагрузка» это не лебединая песня человечества и его прогресса, а конец вековой либеральной аксиологии – концепции невежества и самодурства. Очевидно, глобалисты это понимают, потому торопятся со своими потугами. Тоталитарная идеология человеконенавистничества, заквашенная на фашистских номинациях, терминальная сама по себе, что неоднократно подтверждала истинная история полумиллиона лет цивилизации.
5.5. Пассивность неприятия ценностей
Пассивность непринятия ценностей в условиях личностного глобализма связана с антирефлексией человеческой субъективности. Такое происходило и происходит постоянно, особенно когда утрачен смысл жизни или вера в сообщество, которое не может обеспечить достойную жизнь для личности с его немалым творческим потенциалом. Это негативный ответ личности на возмущения по линии биосоциальной связи.
«Двойственная истина» Аверроэса не приемлема для глобализма, так как материя не может быть отделена от нематерии – в этом их ценность. Но человек часто об этом забывает, гонясь за сиюминутной выгодой. Так мышление отстает от материи. Инерционность мышления связана с его «пугливостью» перед сообществом. Неразумна попытка обмануть судьбу, поскольку она уже обманула Вас. Человек может доказать что угодно, но этого недостаточно для жизни. Важно не доказывать то, чего нет, а действовать. Это прямое требование личностного глобализма. Разум часто служит помехой, особенно когда в нем бродят заумные идеи могущества. Это касается глобалистов, ослепленных золотым тельцом.
Нравственный щит, человечность ценится людьми больше, чем ум или даже совесть. Но когда человек теряет смысл жизни в условиях лжеглобализации, нужно находить его заново, хотя бы в вере. Иначе действительно может случиться страшное. Да, человек постоянно заблуждается, но обычно находит верный путь, благодаря здравому смыслу. Он не может не заблуждаться, иначе путь не находится вовсе. Страхи боятся света и того случая, когда их не боятся. А сущность человека в его природу остается, поэтому он не должен от нее отрываться – этому учит история, чуждая распластованному лжеглобализму.
Человек как самодостаточное существо не нуждается в обоготворении общества, но он нуждается в его помощи, чтобы стать самодостаточным для собственного самоутверждения. Общественная жизнь не складывается из личностных жизней, она всегда надличностна, что делает всякую демократию рабьей утопией. Возникает резонный вопрос: «Можно ли приспособить законы общества к законам мироздания?» «Слепая» природа живет по ним, неужели же разумный человек не может этого сделать? Для этого нужно создать разумное общество. Это невозможно, поскольку личные интересы противоречат общественным. Отсюда исходит бессилие сообщества и пассивность восприятия ценностей его гражданами
Осознание свободы всегда упирается в тему социальной несвободы, хотя сообщество, казалось бы, стремится помочь человеку, освободить его от мелочного ради серьезного. Собщество это не единство по интересам, а целостность мысли и дела. Дело выполняет каждый член социумов, а мысли – сама цивилизация. Людей объединяет дело, человечество – мысли. Чувство свободы у человека формирует несвобода. Каждый замкнутый человек нуждается в общении куда больше жизнерадостного человека. Почему? От бессилия общества помочь ему. Так возникает разрыв целостности биосоциального потока, искажение ценностей и пассивность их восприятия со стороны личности.
Человек и мир созданы друг для друга. Более того, они становились из одной сущности. Однако эта связь не может быть односторонней. Методы соотнесения земного всегда упираются в несоотносимость неземного, в том числе сообщества. Это часто приводит к разногласиям между помыслами сообщества и действиями человека. Как правило, это выливается в бессилие их как целостности. Дело еще в том, что во всяком эксперименте не включается ошибка за счет неэкспериментируемого. То есть, объективное в любой момент может повернуть траекторию развития в непредсказуемое русло. Ее не учтешь логическими соотнесениями.
