– Я знаю, почему все это с нами происходит, – с жаром проговорила она.
Он изумленно раскрыл глаза:
– А я знаю, кто все это творит.
– Это очень опасная затея, – заявил Арент, когда они плыли в шлюпке к «Саардаму».
Ракушки и водоросли облепили перевернутое днище корабля. Солнце проникало сквозь трещины в трюм, где уже начали вить гнезда морские птицы. Галеон напоминал огромного подыхающего зверя.
– На просто опасную затею у нас нет времени. – Сара сидела на корме и высматривала мели. – Надо же убедиться, что мы правы. А это можно сделать только так.
Море было неспокойным. Арент изо всех сил налегал на весла, чтобы лодку не сносило к острым скалам. Дрехту соврали, что нужно забрать арфу Сары, а такую хрупкую вещь никому доверить нельзя. Дрехт знал, что в форте Сара часами играла на арфе, поэтому не стал возражать.
Арент придержал лодку, и Сара выбралась на камни. Он сложил весла на дно и вскарабкался следом, а потом втащил лодку на отмель. Пассажиры высаживались здесь же утром, с палубы еще свисал веревочный трап.
Волны бились о скалы, вздымая пенные брызги. Арент и Сара промокли до нитки. Стараясь не упасть, Арент дошел до кормы и, задрав голову, посмотрел на выпуклую стену дядиной каюты.
Отпечатки ладоней прокаженного были столь малы, что издалека их легко можно было принять за пятна грязи. Отметины шли от ватерлинии до дядиной каюты, а затем мимо каюты Сары – на ют.
– Мы подумали, что он проделал вмятины, когда карабкался наверх, но вдруг они здесь уже были? – сказал Арент. – На борт все поднимались с другой стороны, в порту их бы никто не заметил.
– По-твоему, тут была лестница? А кто ее сколотил? Боси?
– Думаю, да, – ответил Арент. – Он сказал Зандеру в порту, что готовит своему господину место на корабле. Это он, наверное, и имел в виду.
Они спустились в трюм через пролом в корпусе, и в ноздри тут же ударил сладковатый запах тлена. Острая скала, которая решила судьбу мятежа в пользу Дрехта, торчала из корпуса, перемазанная пятнами специй и пряностей.
На залитом водой полу поблескивали драгоценные камни, не замеченные мушкетерами.
– Зачем дядя привез сокровища в Батавию? – Арент поднял аметист и стряхнул с него капли.
– Ему больше негде было их оставить. Ценности могли украсть, начали бы задавать лишние вопросы, – сказала Сара. – Ведь на всем, кроме драгоценных камней, были гербы разоренных семейств.
– Камни можно было продать, а золото переплавить.
– Плохо же ты знал моего мужа, – с сожалением произнесла Сара. – Возможно, он наведывался в свою сокровищницу, когда ему нужны были деньги для какого-нибудь предприятия, но для него все это – не просто драгоценности, а трофеи. Свидетельства его триумфа, так же как мы с Восом. Он любил коллекционировать жертв и выставлять их напоказ.
Арент разжал пальцы, будто аметист вдруг раскалился добела. Камень с плеском упал в мутную воду.
Не говоря больше ни слова, они поднялись по трапу в кубрик. Окровавленный пол скользил под ногами. На трупах пировали морские птицы.
Сара направилась было к каютам, но Арент открыл дверь в пороховой погреб. Порох из опрокинутых бочонков усыпал половицы. Правда, он подмок и был совершенно безопасен. Среди деревянных обломков валялся амулет констебля, очевидно сорванный в суматохе.
– Что ты ищешь? – спросила Сара.
– В этом путешествии ничто не происходило случайно. – Арент рассеянно отряхнул амулет от пороха и положил в карман, чтобы потом вернуть констеблю. – Корабль был смертельной ловушкой для дяди. Все это готовилось в течение нескольких лет.
– В том числе и святотатственные чудеса, – согласилась Сара.
– Только кто-то из команды мог выкатить отсюда бочки с Причудой.
– Тогда у нас трое подозреваемых.
– Двое, – возразил Арент. – В этом наверняка был замешан капитан Кроуэлс. Только он мог привести нас к острову, если так задумала Эмили де Хавиленд. Ведь он единственный умел прокладывать курс.
– Может, наградой была Причуда? – предположила Сара. – Это ценная вещь. Я почти купила нам с Лией новую жизнь. Кроуэлс был одержим идеей вернуть своей семье доброе имя. Продав Причуду, он мог бы это сделать.
– Он знал, когда появится восьмой фонарь, и знал, когда давать команду «К бою!». Нужна была лишь пара надежных рук, чтобы отнести бочки с Причудой в трюм и спрятать в тайниках Боси. Если мы правы насчет Эмили, она могла легко выкрасть ключ от сундука с Причудой.
Они уставились друг на друга, пораженные догадкой.
– Исаак Ларм тоже в этом замешан, – заявил Арент.
– Почему ты так считаешь?
– У меня есть план, и Ларм мог бы мне помочь, но он был правой рукой Кроуэлса. Наверняка они действовали заодно.
– Вряд ли, – возразила Сара. – Он признался, что нашел в тайнике только часть Причуды и был очень разочарован. Если он помогал Кроуэлсу, зачем было признаваться?
Подниматься по сломанным ступенькам трапа приходилось очень осторожно. Все, что было в каюте под галфдеком, укатилось в рулевое отделение. Трупы прибило к стене. Кругом виднелись следы сражения: борозды в полу и на стенах, застрявшие в досках клинки.
