— К Вам? — уточнил Мичурин, мысленно пытаясь вспомнить, кто такие авантюристы. Это слово редко использовалось там, где он раньше жил, и уж тем более оно совсем не соответствовало его образу жизни…
— Верно, ко мне. Последнюю неделю я только и делаю, что опрашиваю местных жителей и обыскиваю близлежащую лесную территорию. И я… — она выдержала небольшую паузу и тихо вздохнула. — Абсолютно ничего не нашла. Ни людей, ни трупов. Ни улик, ни зацепок. Недавно пропала ещё один человек, шестнадцатилетняя девушка, твоя знакомая, вероятно. Линда Экланн. — Сказав это, пурпурноволосая презрительно подняла взгляд и выстрелила подозрением в Михаила. В эту самую секунду Мичурин, отбросив размышления о параллельных мирах и путешествиях в другие вселенные, осознал причину, по которой его бесцеремонно отправили в нокаут некоторое время назад.
— Так... Тут мы, кажется, друг друга не поняли. Я не знаю никакую Линду Экланн, — признался он.
— Но ты же сказал…
— Мою подругу зовут Анна Лебедева. Просто... Вы мне так описали эту девочку, что я подумал о своей знакомой... Такие дела.
Маледикта слегка покраснела и замолчала, виновато глядя на темноволосого мужчину.
— А я ведь сразу сказала, что никогда его рядом с Линдой не видела! — противно заверещала Сельма. Составив в голове логическую цепочку, можно прийти к выводу, что эта нахальная дамочка здесь присутствует не просто так. Похоже, она является подругой или хорошей знакомой пропавшей девочки. Но помимо этого, она знает кое-что очень важное. — Да и не похож он на того человека... Тот мужчина, с которым я заметила Линду в последний раз, был очень крепок и носил длинные волосы. Да и цвет волос у него скорее каштановый, а не черный…
— Тогда... Прошу прощения, — Кирса стыдливо извинилась и с побежденным видом опустила голову. Получается, она напала на абсолютно невинного человека, швырнула его в дерево и ударила ногой в лицо, потому что надумала себе что-то, не относящееся к реальности.
— Извините, что говорю так прямо, но Кирсу винить сложно, — в диалог неожиданно вмешался молчавший ранее батлер и тут же перевел взгляд на стоящего рядом Мичурина. — Вы появились из ниоткуда на территории Адрианы Норборг, действующей Главы Северной Лиги, так ещё и весь в крови. Даже если Вы не причастны к пропаже людей, скорее всего, являетесь шпионом, посланным каким-нибудь дворянским домом.
«Это что, какие-то метафоры, суть которых я не понимаю? Какие дворянские дома? Какая Северная Лига?.. Что всё это значит?!» — думалось Мичурину. «Всё, что я встретил с момента пробуждения в лесу, просто кричит о перемещении во времени или в другой мир… Но разве это возможно?» — вот, к какому заключению постепенно приходил темноволосый мужчина, слушая окружающих.
— Что бы там ни было, — продолжал Густав, — теперь уж Вам придется остаться в этой деревне и, скорее всего, мы будем вынуждены взять Вас в заключение, пока выясняется, что к чему…
— Слушай, зверёк, погоди-ка минутку! — авантюристка неожиданно вставила своё слово. Было не совсем понятно, к кому она так обратилась, но вопросительно повернул голову только Густав. И он, судя по всему, никак не оскорблялся, будто бы его всегда так называли. — Почему бы нам не привлечь его к расследованию?
После этого вопроса в разговоре повисла неловкая пауза.
Это помещение напоминало кабинет какого-нибудь мелкого чиновника: широкий рабочий стол, усыпанный различными бумагами и книгами, дорогая отделка стен, ковёр из волчьей шкуры и висящие всюду картины, возможно, написанные известными художниками. Однако полное отсутствие электрических приборов вызывало серьезный диссонанс в разуме современного человека.
И действительно, без громоздкого монитора на столе и пылящегося на полу системного блока, окруженного бесчисленными проводами, кабинет выглядел неполноценным, словно лишенным своей основной сути. При более детальном изучении этого помещения чувство недосказанности лишь возрастало: здесь также не было ни светодиодных ламп, ни кондиционера, ни даже розеток. Впрочем, никого из присутствующих это ни капельки не смущало, кроме высокого бледного мужчины с темными волосами.
— Почему бы нам не привлечь его к расследованию? — спросила Кирса, словно ставя присутствующим шах и вынуждая их выдержать паузу перед следующим ходом.
— Уважаемая Кирса, — прервать воцарившееся молчание смог лишь лысеющий мужчина с честными глазами, которые своим видом многое рассказывали миру о его личности. Хотя о человеке можно судить не только по глазам — одежда тоже порой становится выражением души своего хозяина. Староста Кормунда носил белую рубаху с небольшим воротником. Цветом и формой она явно намекала на значимое положение Ингвара в обществе, но плотность ткани и редкие пятна на её поверхности свидетельствовали о том, что мужчина не избегал простого крестьянского труда. — Если Вы считаете, что в этом есть необходимость, то едва ли нам стоит спорить... Человек Вы, позволю себе заметить, опытный, к тому же госпожа Норборг наделила Вас рядом серьезных полномочий. Но всё же...