— Полагаем, что так! — прорычав в ответ Густав. — Но… Думаю сейчас совсем не время отвлекаться! В любой момент оно может выкинуть что-нибудь…
Ларсен резко оборвал собственную реплику, увидев, как ледяной скелет медленно поднимает свои руки, угрожающе вытягивая ладони.
— Успокойтесь, — непоколебимо сказал Ленц, пытаясь жестом унять оправданный испуг своих товарищей.
В то самое мгновение, когда на острых кончиках костлявых фаланг начала скапливаться магическая энергия, прозвучал знакомый всем грохот. Пурпурная вспышка с шумом вылетела из огромного меча и понеслась вперёд, визуально искажая пространство вокруг себя.
Синеватый огонек готовившегося заклинания потух как свеча. Волна энергии врезалась в верхнюю часть тела монстра и раздробила его костную ткань настолько сильно, насколько это вообще возможно. Повсюду разлетелись не просто осколки, нет… Это был снег.
На поле битвы появилась высокая фигура в коричневатой кожаной куртке. Эта особа с поразительной легкостью вращала в руке гигантский меч, лезвие которого немного светилось от переизбытка энергией эфира. Разумеется, этим человеком была Кирса.
— Ха-ха-ха! Один взмах моей руки превратил великого элементального духа в сугроб! — в характерной для себя манере Маледикта восхитилась своим мастерством, однако её лицо резко изменилось, когда она подошла к Торе. — Ветерок, у меня не получилось убедить Рину.
— А?! Почему?.. Зачем ей здесь оставаться?!
— Я тебя отлично понимаю, но во многом Рина права… Смысла бежать больше нет.
— П-П-Подожди секунду! Это глупое решение, неужели не видишь?! Если госпожа Норборг погибнет, то…
— Не надо, — улыбнувшись, отмахнулась Маледикта. — Тот факт, что Рина осталась здесь, для нас сейчас означает лишь одно… Ни шагу назад!
Тора, услышав в словах авантюристки еле заметное передразнивание голоса герцогини, усмехнулась и осознала, чего желает Адриана Норборг.
Плотно сомкнув губы и нахмурив свои тонкие брови, темноволосый мужчина боязливо выглядывал из-за двери подсобки. В нескольких метрах перед ним, между плотной шторой и стеной, зияла щель, через которую можно было лицезреть происходящий на улице бой.
Тяжелый взор гетерохромных глаз мужчины, его напряженные скулы и блестящий от пота лоб выдавали глубокое волнение, а потому немудрено, что даже сама герцогиня не решалась его отвлекать глупыми вопросами.
— Ну и что, собственно, делать? — тихо, практически неслышно пробормотал он, немного отойдя от дверного проема.
— Хм?
Белокурая леди, молчаливо сидящая на холодном полу между двумя бочками, вопросительно посмотрела на нарушившего тишину Мичурина. Даже Варг, всецело сосредоточившийся на своей способности, хотел было раскрыть глаза и с любопытством взглянуть на источник звука, но быстро подавил это желание.
— Скажи… От тебя вообще польза будет? — вновь прошептал он, но теперь уже с легким раздражением, благодаря которому произнесенные слова зазвучали тверже и, как следствие, внятнее.
— Как грубо… — быстро уняв удивление, госпожа Норборг без всякого энтузиазма отреагировала на столь неформальное обращение к своей высокой персоне. — Хотя Ваш вопрос вполне разумен. Откровенно говоря, сейчас я и сама им задаюсь… Может, Вика была права? Я настолько жалкая, что не заслуживаю ни власти, ни титула?
— Завязывай с этой клоунадой и думай, как нам поступить!
Мичурин вдруг достаточно колко ответил герцогине, но та, осознавая собственный провал, приняла критику.
— Господин Мичурин… Я понимаю Ваше негодование, но в сложившихся обстоятельствах едва ли я могу что-то сделать…
Была ли столь смиренная реакция следствием той самой мягкотелости, о которой говорила Виктория? Или у Адрианы попросту не было сил пытаться унять недовольство Мичурина?
— Поразительно… А мне казалось, что лидер среди нас — это ты. Тогда почему решать все проблемы обязан я?
Темноволосый говорил вполголоса и даже не удосуживался одарить герцогиню взглядом. Он вел себя так, словно даже не замечал её присутствия, хотя раньше никогда не позволял себе такого грубого равнодушия в адрес вышестоящего человека.
— Ч-Что?.. Я не прошу Вас делать что-либо… Если хотите, можете попытаться сбежать…
— Подожди! Хочешь сказать, что если она мертва, то я могу просто…
— Господин Мичурин, Вы… Вы со мной разговариваете?..
Лишь сейчас, присмотревшись к его мимике и прислушавшись к интонации, она начала догадываться, что бросающий реплики в пустоту Михаил говорил вовсе не с ней…
— Ой, что? Госпожа Норборг, Вы меня звали? Я просто немного задумался…
***
Существо, лишенное плоти, продолжало жадно познавать цикл жизни и смерти. Раз за разом оно терпело поражение, а затем вновь восставало из собственных останков. Теперь, когда на поле боя появились Кирса и Ленц, элементаль воды умирал намного чаще.
Пурпурные глаза Маледикты раскрывали любую хитрую атаку за секунды до её осуществления, а порталы Брейвика уже неоднократно заставали монстра врасплох. Впрочем… Так ли это важно?