— Что?.. Почему Вы… — Мичурин округлил глаза и почувствовал, как учащается его пульс.
— Ха-ха-ха! — как ни в чём не бывало, рассмеялась девушка. — Ну уж простите мне мою кокетливую натуру… Ладно, до скорых встреч!
Она удалилась, а Михаил ещё несколько секунд шокировано смотрел в только что закрывшуюся дверь. Несмотря на контекст ситуации, эта эмоция совсем не была похожа на смущение…
— Почему… — вслух произнёс он. — Кирса ведь просто просила принести мне еды… «Подходим друг другу»? К чему такой неуместный и глупый комментарий? Пыталась оправдать свой вопрос? А зачем она его вообще задала? С какой стати Маледикте рассказывать мне про какую-то там сестру герцогини, когда мы ищем преступника?
Он сделал глубокий вдох и прикрыл глаза. Через пять секунд он облегченно выдохнул. Самообладание восстановилось.
«Она очень красивая, добрая и вежливая. К тому же, не последний человек в Кормунде…» — подумал Мичурин, успокаивая себя. «Она бы не стала совершать что-то плохое. Мне просто нужно отдохнуть…».
***
С одной стороны, ситуация, кажется, стабилизировалась. Мичурина теперь знают в местном руководстве, а Кирса явно осталась довольна своим новым напарником. Впрочем, оставшись наедине с самим собой, Михаил дал волю неприятным, но вполне обоснованным мыслям.
Он желал ответить на два вопроса: что именно произошло и что будет дальше. Темноволосый, прикрыв глаза, лежал на кровати и мысленно решал этот ребус. Самым очевидным выводом было то, что Михаил Мичурин умер и видит предсмертные галлюцинации, но тогда почему они выглядят именно так? Он никогда не увлекался фэнтези, средневековьем или альтернативной историей. Ему не нравились книжки про чародеев и игры в подобном сеттинге.
— Почему всё так? — полушепотом спросил мужчина у судьбы.
— Чего?
Мичурин неожиданно почувствовал, как кто-то сел рядом на кровать. Раскрыв глаза, он увидел, конечно же, Кирсу…
— Ой! Я совсем не слышал, как ты зашла…
— Я только что вернулась, но ты, видимо, дремал, — улыбаясь, пояснила пурпурноволосая. — К тебе заходила Викта?
Немного сонный Михаил приподнялся с кровати и протер глаза, раскручивая шестеренки в своей голове.
— Викта? Имеешь в виду Викторию? Да, она принесла еду и немного со мной поговорила.
— Ну и замечательно. Знаешь, она странноватая, и юмор у нее так себе, но человек она хороший.
Мичурин вдруг с интересом посмотрел в окно, чтобы приблизительно определить время суток. Солнце крайне охотно приближалось к горизонту, и вокруг уже через мгновение должны были воцариться сумерки.
Кирса, заметив, что в помещении становится темно, встала с кровати и подошла к висевшим на стене кристаллам.
— Вот так… — произнесла Маледикта, активировав магический камень касанием руки.
Комнату немедленно озарил свет. Темноволосый бросил удивленный взгляд на сияющие кристаллы, но был вынужден смириться с местными технологиями.
— Я донесла информацию до Адрианы и её стражей, — поделилась девушка, похищая внимание напарника. — Рассказала и про зацепки, и про тебя, и про твое участие в расследовании. А ещё про группу риска… Теперь, когда мы понимаем, что пропадают именно «плохие» люди, то можно пытаться предсказать следующий шаг нашего врага. Да уж… — Маледикта измотанно вздохнула, а затем сняла свою куртку и повесила на кресло. — День выдался тяжелый, правда?
Кирса резко запустила руку себе в карман и вытащила какой-то ключ, который в тот же момент полетел в Мичурина. Михаил, разумеется, его не поймал, поэтому мужчине пришлось позорно поднимать брошенное с пола.
— Ну чего ты кидаешься… — глухо пронудел он. — Кстати, а зачем мне этот ключ?
— Как это? — ехидно спросила Маледикта. — Ты что, планируешь ночевать здесь? Выставишь за дверь? Или ляжешь рядом? Ха-ха! — закончив с шутками, она перешла к ответу на вопрос. — Я сняла тебе комнату, что напротив моей.
— А ведь точно… Спасибо большое, что подумала об этом. А ещё извини, что уснул прямо у тебя на…
— Это совсем не проблема, — шустро сказала девушка, перебив собеседника. — Я предлагаю сходить поужинать, а потом лечь спать. Викта, конечно, приносила тебе покушать, но всё-таки уже прошло некоторое время. Что скажешь?
— Я… — высокий мужчина смотрел на своё отражение в зеркале над раковиной, словно ища в серых глазах нечто неуловимое, но фундаментально важное. — Я до сих пор не изменился, — констатировал он, признавая поражение.
Его волосы были такими же темными, как и раньше. Серый цвет глаз, болезненно бледная кожа, синяки под глазами, тонкие губы, острые черты лица — он оставался таким, каким и был всегда. Невзирая на всё, что с ним случилось за последнее время, он оставался тем самым Михаилом Мичуриным, чье блеклое присутствие крайне сложно заметить.
— Ничего не поделать, — мужчина равнодушно отстранился от зеркала и, зачесав волосы назад, покинул санузел.