– Что вы, дорогая моя! Ничего. Он просто… исчез. Идите же ко мне!
Она не трогалась с места. Двое «оленей» подошли к ней сзади – слишком близко! Один, казалось, готов был ее подтолкнуть.
От самообладания Чандлера остались жалкие клочья; он потянулся за ножом.
Если эти твари хоть пальцем до нее дотронутся…
– Что значит «исчез»? – настаивала она.
Кенуэй протянул руку, жестом останавливая «оленей», и шагнул вперед – величественно колыхнулась тяжелая алая мантия.
– Вы, графиня, знакомы с этим самцом? – поинтересовался он.
Маска, скрывающая ее лицо, не могла скрыть гнева.
– Думаю, вы и сами это знаете, – отрезала она голосом острым и безжалостным, как кинжал.
– Так не переживайте, моя дорогая! Ему никто не причинил зла. – Кенуэй протянул руку, погладил выбившуюся из-под капюшона огненную прядь.
Взгляд Чандлера заволокла алая пелена, по жилам вместо крови ринулась расплавленная ярость.
– Сегодня ваше место рядом со мной, графиня! – объявил Кенуэй.
Франческа отпрянула.
«Олень», стоящий слева, схватил ее за локоть и подтолкнул вперед.
В этот миг из тьмы выпрыгнул Чандлер.
Руку, посмевшую коснуться Франчески, он сломал прежде, чем хоть один сектант успел закричать. С ревом схватил противника и швырнул во тьму. Звук падения тела на рельсы показался ему сладостной музыкой.
Шестеро оставшихся бросились на него, окружив их с Франческой тесным кругом.
Она сорвала маску и швырнула ее в лицо одному из «оленей», а затем обернулась к Чандлеру. В глазах ее страх и облегчение боролись с гневом.
Чандлер выхватил из-за пояса нож и приготовился к бою. Сейчас он готов был и голыми руками забить любого, кто угрожал его женщине.
Потом увести эту дуреху в безопасное место.
А после этого – разделаться с Кенуэем раз и навсегда.
Всей душой Франческа желала бы остаться на месте и смотреть, как работает Чандлер! Скорость и изящество, с которыми он наносил удары своим врагам, восхищали, словно искусный танец.
Противники бросались на него, но все их атаки словно отклонял невидимый щит его почти демонической ярости.
В последний раз, когда она видела Чандлера, он напоминал айсберг. Такой же холодный. Далекий. Бесчувственный.
Теперь же превратился в вулкан.
Движения его были точны и выверены, решимость абсолютна. Максимальная экономия сил и максимальный ущерб. Просто машина для убийства.
Хрустели кости, хлюпала разорванная плоть, струями лилась кровь.
«Надо ему помочь!» – мелькнуло в голове у Франчески.
Как жаль, что пистолет пришлось оставить дома! Но, увидев предназначенный для нее костюм, Франческа с сожалением поняла, что здесь его совсем негде спрятать.
В этом, поняла она, и состоял замысел Кенуэя. Он хотел, чтобы все они явились на оргию не просто обнаженными – голыми во всех смыслах. Беззащитными. Уязвимыми.
Впрочем, «безоружна» для нее еще не значит «беззащитна».
Пока «олени» сосредоточились на Чандлере, она воспользовалась тем, что женщин обычно недооценивают, и повернулась к Кенуэю. Он спешил в другую сторону от тоннелей, на юг. За ним бежали еще несколько сектантов, но он не обращал на них внимания.
Такие, как этот человек, всегда спасают только себя.
Сомнений нет: хочет сбежать через какой-то другой выход из подземелья. Наверняка здесь имеется водоотвод, сообразила Франческа. Если Кенуэй уйдет по нему – окажется там, где ему самое место.
В канализации.
И там его уже не отыщешь.
Франческа помчалась за ним. От группы сектантов отделился рослый массивный мужчина и бросился ей наперерез, словно желая остановить. Не останавливаясь, она отвела руку назад, чтобы удар вышел сильнее, и врезала ему тыльной стороной ладони по носу. Послышался хруст, и она ощутила, как вдавилась под рукой сломанная кость.
Мужчина немедленно упал, а она снова повернулась туда, где только что видела Кенуэя.
Вокруг творился сущий хаос. К Чандлеру присоединились еще двое мужчин в гражданском – должно быть, представители закона, умеющие брать в плен и убивать.
Они выкрикивали приказы и силой останавливали бегущих, стараясь прекратить анархию.
Где-то вдалеке послышались пронзительные свистки и топот множества ног, гулко отдающийся от гранитных стен.
Полиция!
Люди метались меж каменных стен, бежали в разные стороны; одни дикими зверями кидались на противников, другие, бледные и перепуганные, срывали с себя маски и устремлялись к тоннелям.
О них Франческа не думала – ее интересовал только Кенуэй. Но он уже почти скрылся из виду.
Вдруг раздался страшный грохот – словно пушечные выстрелы, оглушительным эхом отдававшиеся под каменными сводами. Под ногами затряслась земля. Франческа упала на колени, зажав уши руками, крича и не слыша собственного крика.
Чьи-то сильные руки подняли ее с земли. Она повернулась, готовая сражаться – но это был Чандлер! Схватил ее в охапку и почти поволок за собой в один из тоннелей, наполняющихся черным дымом.
– Кенуэй!.. – кашляя от дыма, она попыталась показать, куда он ускользнул.
– К черту Кенуэя! – рявкнул Чандлер. – Уходим!
Прикрыл ей нос и рот носовым платком – и, во второй раз в жизни, повел за собой сквозь клубы едкого дыма.
