Прошло еще несколько июньских дней. Майк с удовольствием наблюдал, что заживление ран двух его пациентов происходило довольно быстро. В конце второй недели после операции он снял пластиковую защитную маску с лица Жанет Берк. Майк был рад обнаружить, что кожа под ней уже начала терять свой темный оттенок, а сама Жанет была даже более прекрасной, чем созданная им модель.
В понедельник утром Майк принес бронзовую отливку своей модели из мастерской. Жанет сидела на кресле-каталке, греясь на солнце у края крыльца, и разговаривала с Рандалом Маккарти, который стоял рядом. Он начал ходить уже на третий день после операции. Лицо его ниже глаз было все еще забинтовано, а большой нос, торчащий над повязкой, придавал ему довольно странный вид.
«Красавица и зверь» — так назвал Майк эту пару, когда они начали встречаться на крыльце в стороне от постоянно входящих и выходящих больных, медсестер и профессоров, сопровождаемых группами студентов или обсуждающих тихими голосами какой-нибудь метод лечения. Других отдыхающих больных вокруг не было, поэтому крыльцо находилось в полном распоряжении Жанет, Майка и Маккарти.
— Мы с профессором планируем совместно написать еще одну книгу, как только я закончу историю Лин Толман, — сказала Майку Жанет.
— Мы собираемся рассказать всю правду о психическом явлении, которое делает возможным экстрасенсорное восприятие, — пояснил Маккарти, — описав и шарлатанство, и реальные вещи.
— Доктор Петерс, сто пятьдесят семь. Доктор Петерс, сто пятьдесят семь, — раздался голос оператора из ближайшего громкоговорителя, и Майк поморщился.
— Разработайте систему экстрасенсорного восприятия для замены больничной системы оповещения, и пациенты и персонал будут вам признательны, — сказал он.
— Я приступлю к ее разработке, как только вы выпустите меня отсюда, — пообещал Маккарти.
— Сейчас во всем мире появляется столько шарлатанских культов, что вы вполне можете создать собственную секту, опираясь на свой опыт и талант мага, прокомментировал Майк.
— Сейчас, когда вы сделали из меня гибрид Адониса и Сирано де Бержерака, это будет весьма просто.
— Благородный длинный нос Сирано не помог ему как любовнику, — заметила Жанет.
— Это потому, что он хотел только Роксану, моя дорогая. Я же всегда расставляю сети шире, и многим женщинам нравится благородный клюв вроде моего. Я в этом уже убедился. Почему же, как вы думаете, я просил Майка оставить его без изменений?
— Я уже писала об этих сумасшедших культах, о которых вы говорите, Майк, — сказала она, — на мой взгляд, это действительно сумасшествие.
— А что вы скажете о культе, где Лин Толман была главной служительницей?
— Я не могу сказать точно, что Лин была шарлатанкой. Но она и сама не претендовала ни на что большее, чем земное воплощение зла, титул невесты самого дьявола.
— А это вообще существует? — спросил Майк. — Я имею в виду дьявола?
— По словам самой Лин, она переселялась в некоторые другие тела, кроме того, которое использовала в тот момент. Помните те четыре убийства в Алабаме, когда там были расовые беспорядки?
— Смутно.
— Лин утверждала, что это ее рук дело. Она рассказывала, что работала официанткой в клубе курильщиков гашиша и фактически заставляла тех мужчин совершать убийства, пообещав переспать с ними.
— А почему она не оставалась в новых телах?
— Она утверждала, что может переселяться из одного тела в другое, но я никогда ей не верила.
— А она могла переселяться по желанию?
— Я не думаю, что для этого требовалось согласие принимающей стороны, однако Лин обладала очень сильным характером. Похоже, она всегда добивалась своего… даже в таких случаях.
Жанет повернулась к Маккарти:
— Вы специалист по паранормальным явлениям, Рандал. Никаких демонов в действительности нет?
— Моя дорогая, мы не можем ни в чем быть уверены в этом сумасшедшем мире, — сказал Маккарти снисходительно, — если бы я верил в Бога, но это не так, я бы также верил в эту абсурдную историю о том, как Бог сотворил мир, а затем дал мятежному ангелу по имени Люцифер право вести с Ним борьбу за обладание душами людей.
— По одной теории, — сказал Майк, — Бог послал своего сына Иисуса из Назарета на борьбу с Люцифером за обладание этими душами, что примерно уравняло их шансы. По крайней мере, священник, с которым я разговаривал, верит в это.
— Чушь! — возразил Маккарти. — Злых духов вообще не существует, только хорошие и плохие влияния борются в человеке за обладание его душой.
— Значит, вы признаете существование души, даже если не верите в Бога, — сказала Жанет торжествующе.
— Душа представляет собой сущность, наподобие электрического заряда. В лучшем случае она способна гальванизировать, используя термин электричества, группу клеток, превращаясь в живое функционирующее тело. Это не просто набор химических элементов, сваленных в кучу. Когда тело отслужило свой срок или разрушено, электрозаряд, душа, или назовите это как хотите, должна уйти в землю или в пламя со всеми остальными химическими элементами, составлявшими тело человека, если, конечно, она не найдет более подходящее тело для своего существования.
