Когда Майк вернулся, Жанет еще спала. Постучав в дверь ее спальни, он сказал:
— Я ездил за газетами. Мы стали сенсацией дня.
— Один момент, — отозвалась она, — входите.
Она сидела на кровати, прикрыв простыней свою грудь, ее глаза были еще чуть-чуть затуманены сном, а волосы ниспадали на плечи. Майк подумал, что прекрасней ее он никого не видел.
— Ваш дядя Джордж действительно выложился для вас, — сказал он, раскладывая газеты перед ней на тумбочке, — теперь вам будет завидовать каждая женщина, которая откроет воскресную газету.
— О Майк! — воскликнула она, взглянув на фотографии. — Я действительно прекрасна!
— Несомненно. Вам следует привыкнуть к обожанию, включая одного трудолюбивого доктора.
— Вы имеете в виду моего создателя! Все, что изображено на этой странице, творение ваших рук.
— Но только до пояса. Все остальное у вас было и раньше, но вы настолько были уверены, что это все ординарно, что даже и не пытались одеться так, чтобы не скрывать свои достоинства.
— Теперь я буду умнее, — пообещала она.
— Мне бы очень хотелось теперь взять скальпель и удалить ваше второе «я», которое не помнит, что делает.
Жанет задумчиво кивнула:
— Меня это тоже беспокоит. Как я могу знать, что оно не заставит меня сделать что-нибудь, что оно хочет, может, даже… — Девушка замолкла, не закончив фразы, но он понял, что ее беспокоит.
— Я не думаю, что ваша вторая личность сможет заставить вас вступить в половые сношения с кем-нибудь, — попытался он успокоить ее, — по крайней мере я молюсь, чтобы это ей не удалось.
— Как мы можем быть уверены?
— Вы любите меня, хотя еще не признались в этом, и глубоко внутри вас эта любовь не позволит второй личности завести вас слишком далеко, но как бы вы на это ни смотрели, вам нужна консультация психиатра. Я встречаюсь с Рандалом Маккарти во второй половине дня в понедельник, чтобы нанести последние штрихи на его портрет. Он видел вас, контролируемую второй личностью, и я уверен, что он не откажется исследовать вас чисто с психиатрической точки зрения.
— А если вторая личность опять возобладает, мы можем доверять ему?
— Думаю, что да. Чтобы вас не упекли в психбольницу, это, похоже, наилучшее решение, по крайней мере на сегодняшний день. Я попрошу Рандала навещать вас в коттедже время от времени в профессиональном качестве, но сторонитесь Роджера и Риту Ковен. Им я не доверяю.
Она лукаво улыбнулась:
— Не волнуйтесь. После того спектакля, который я, должно быть, разыграла в тот вечер в «Таверне Милано», Рита не захочет оставаться со мной в одной комнате, если там еще будут мужчины. К тому же она говорит, что Роджер проводит все время в Вашингтоне или в лаборатории, которую он устроил в гараже у коттеджа.
— Мне придется дежурить в больнице в следующие выходные, но вы не будете скучать в одиночестве, — сказал Майк перед отъездом на следующее утро, — я попрошу вашего дядю Джорджа приехать и провести эти дни с вами.
— Это будет здорово, — сказала она, — в течение многих лет мы мало общались.
— Вы одержали очередную победу, — сказал Майк Маккарти, когда психиатр вошел в его приемную сразу же после ленча, — над моей медсестрой.
— Да, вибрации там были положительные. Вы не возражаете, если я приглашу ее на ленч… и другое?
— Ленч — пожалуйста, но ничего другого, — сказал Майк твердо, — она счастлива замужем и мать двоих детей. Давайте посмотрим на эту складку кожи под вашим правым ухом. Наверное, мои ножницы сбились, когда я срезал излишки.
Майку едва ли потребовалось десять минут, чтобы ввести новокаин под основу этой складки, удалить излишки и зашить небольшую ранку несколькими стежками.
— У вас есть несколько свободных минут? — спросил Майк, когда накладывал повязку.
— Конечно. Рита делает себе прическу, а Роджер занят в Комиссии по атомной энергии. Мы встречаемся у Юнион Стейшн в пять.
— Они интересная пара. Вы рассказывали, что знаете их уже давно.
— Больше десяти лет. Как я уже говорил зам, у нас с Ритой много общего, хотя она и не профессионал.
— Однажды она упоминала об Ок-Ридж.
— Их направили туда из Дюка. Они провели там несколько лет, пока Роджер не приступил к выполнению более специальной работы в Чикагском университете в прошлом году. Это был центр атомной физики с момента первого подземного испытания во время второй мировой войны.
— Похоже, они довольно известны.
— Как все талантливые люди в академическом мире. Кроме того, Роджер и сенатор Магнес друзья с детства, а учитывая то, что Магнес является большим человеком в Комиссии по атомной энергии с тех пор, как проиграл на перевыборах два года назад, Роджер мог выбирать любую работу, и он выбрал Вашингтон.
— Я кое-что помню об этих выборах, — сказал Майк, — и Магнес был очень расстроен, да?
— Естественно, недобрать восемь голосов, при том, что все они и еще ряд других были сомнительны. Но Магнес республиканец, а в условиях правления демократического Конгресса у него не было никаких шансов. Он отдал свой штат Никсону и за это получил место в Комиссии. Однако я вас отрываю, а мне надо еще заехать в университет на секунду. Так что же вас беспокоит?
