— После того как я ушел от вас в тот день, я заехал в библиотеку медицинской школы и взял несколько книг и журналов, чтобы освежить свои знания. Появление второй личности у подверженных этому людей обычно указывает на неудовлетворенность объекта своим положением. Большинство пациентов некоторое время оттягивают проявление второй личности, обычно в силу сознания или из-за боязни последствий. Когда второму номеру наконец разрешено появиться, это обычно делает их более счастливыми, чем когда номер один был полновластным хозяином. В этих условиях первая личность зачастую постепенно отходит на задний план и позволяет второй контролировать всю ситуацию.
— Вы хотите сказать, что пациент — теперь мы будем использовать этот термин — все это осознает?
— Совершенно нет. Такого рода изменения всегда происходят подсознательно.
— Всегда? — Брови Майка удивленно приподнялись.
— Иначе не может быть, потому что один будет сознавать присутствие другого.
— Одно из первых правил медицины, которое я выучил: никогда не говорить «никогда», — напомнил Майк психиатру.
— Ну, я думаю, если вы рассмотрите модели памяти в веществе мозга, то найдете кое-какие свидетельства забытого материала, — пояснил Маккарти, — поскольку, как считается, все, что думает или делает человек, никогда не забывается. Поэтому я попытался загипнотизировать Жанет, но не смог погрузить ее достаточно глубоко, чтобы изучить подобные модели.
— Что вы надеялись узнать?
— У особо чувствительных субъектов, каковым она является, глубокий гипноз часто вызывает воспоминания прошлого.
— Как в случае Врайди Мерфи?
— Этот случай широко освещался, но были и другие. По-моему, «Жанет-один», как я ее называю, отказалась превратиться в «Жанет-два», когда ее дядя находился в коттедже, потому что не хотела показать ему часть своей натуры, которая может быть преднамеренно соблазнительной, насколько мы знаем эту вторую личность.
— А если мы каким-либо способом поможем «Жанет-один» встретиться с «Жанет-два», засняв на пленку, когда она будет находиться во второй стадии, может быть, это вылечит ее?
— Может быть, если вы действительно хотите ее вылечить.
— Что вы имеете в виду? — спросил Майк.
— Вы же намерены жениться на девушке, да?
— Конечно. Единственное, что нас удерживает, это ее опасение, что в случае появления «Жанет-два» она может меня огорчить или даже изменить мне.
— Попробуйте убедить Жанет, что вам нужны обе ее личности, как я уже предлагал вам однажды. Таким образом вы получите то, что хотят иметь большинство мужчин — обычную жену для бизнеса, как говорится, и очень необычную для удовольствий.
— Не говорите глупости.
Маккарти пожал плечами;
— Я бы сам выбрал «Жанет-два». Она достаточно обворожительна для любого мужчины.
— Вы уже хорошо знаете настоящую Жанет и должны понимать, что она никогда не будет счастлива, сознавая, что может превратиться в другую личность, за которую ей будет стыдно.
— Как жаль, что это не два человека, а две личности в одном теле. Когда я думаю, что мне придется разрушить это существо, которое я впервые увидел в «Таверне Милано», у меня разрывается сердце. — Маккарти собрался уходить. — Ей повезло, что она живет сейчас, а не триста лет назад.
— Почему?
— В те времена людей с раздвоением личности считали колдунами или одержимыми дьяволом и сжигали на кострах.
Прием в честь Жанет, объявившей о начале публикации серии статей о Лин Толман в «Стар ньюз» перед выходом самой книги, состоялся в здании газеты в пять часов вечера в пятницу. Напитки и закуски раздавались бесплатно. Кругом было полно корреспондентов, в том числе телевидения. Майк держался в тени до тех пор, пока Жанет не вытащила его на свет и не воздала ему должное не только за спасение своей жизни, но и за превращение ее в красивую девушку. Во время приема она не пила ничего, за исключением лимонада.
Маккарти присутствовал на приеме по приглашению Жанет и Джорджа Стенфилда. Ковены тоже были приглашены, но отказались прийти. Как обычно, известный психиатр был окружен толпой красавиц, которых он развлекал бесконечными остротами и пикантными историями. Наконец прием закончился, и рукопись, которая во время торжества была выставлена напоказ под охраной, была убрана в сейф.
— Вы позволите будущему жениху пригласить вас и вашего дядю пообедать в каком-нибудь спокойном месте? — спросил Майк, когда Жанет прощалась с последними гостями.
— Идите вдвоем и отдыхайте. Я устал сегодня, — сказал Стенфилд. — Ключ от моей квартиры у тебя с собой, Жанет?
— Он у меня в сумочке. Вы точно не хотите пойти, дядя Джордж? Не в ваших правилах отказываться от таких мероприятий, особенно учитывая вашу любовь к Майку.
— Только не будите меня, когда вернетесь. Я хорошо сплю, но если просыпаюсь, мне потом трудно опять уснуть.
— Я позабочусь о ней, — пообещал Майк. — Куда вы хотите пойти, Жанет?
— А что если в «Вулф Трэп Фарм Парк»? Я часто смотрела записи их программ народной музыки по телевизору в Чикаго, и они мне очень нравились.
