– Да, – сдержанно, невозмутимо произнес Эван. – В этом шкафу лежали мои бумаги, они куда-то пропали.
– Они сейчас на чердаке, в помещении, где стоит пианино. Коробки с вашими бумагами лежат рядом со сломанной швейной машинкой.
– Спасибо, – сказал Эван.
– Пустяки. Похоже, они вам очень нужны, коль вы решились разобрать замок и вторгнуться в мою комнату.
– Мне очень жаль, – с подчеркнутой вежливостью сказал Эван. – Я сейчас же соберу замок.
– Большое спасибо. Да, кстати, могу я, как друг мисс Миллер, исключительно из любопытства, спросить, почему вы сочли ее лгуньей.
– Извините? – сказал Эван.
– Мисс Миллер сказала вам, что бумаги находятся на чердаке.
– Она не уточнила, в каком именно месте. Я не смог найти их там и решил, что она ошиблась. Пожалуйста, извините меня.
Он прошел мимо Пуула через спальню и занялся замком.
– Уверен, вы не знали о том, – донесся из-за его спины голос Пуула, – что условия аренды не позволяют вам заходить в оба крыла дома, в настоящее время принадлежащие обществу.
– Домовладелец может заходить в помещения для производства ремонта, – сказал Эван, умело вворачивая винты.
– Но не взламывать двери и нарушать неприкосновенность жилища.
Эван молча продолжал собирать замок.
– Может быть, вы хотите посмотреть договор, – сказал Пуул.
– С радостью это сделаю, – Эван ввернул последний винт. – По правде говоря, именно об этом я и хотел поговорить с вами.
– Да? – Пуул выдвинул ящик стола, стоявшего возле окна. Когда он повернулся, Эван увидел в его руках документ.
– Пожалуйста, ознакомьтесь с договором аренды, – он протянул бумагу Эвану.
Молодой человек выпрямился, проверил, как работает задвижка, и убрал отвертку в карман. Взяв документ, он бросил на него взгляд.
– У моего отца есть копия?
– Я уверен, его адвокат дал ему экземпляр.
– Его адвокат?
– Договор составлял его юрист. Отец не сказал вам об этом?
– Понятно.
Эван уставился на договор, не в силах уловить смысл слов, отпечатанных мелким шрифтом, и решил сохранять невозмутимость.
– Уверен, вы убедитесь в том, что все законно, – безмятежно произнес Пуул.
– Спасибо.
Эван вернул ему договор.
– Вы хотели поговорить со мной еще о чем-то?
– Да. По-моему, вы задолжали моему отцу значительную сумму денег.
– Я не слежу за расходами, связанными с ведением хозяйства, – сказал Пуул. – Такими мелочами, к моей радости, занимается мисс Миллер. Но я могу вас заверить – все долги будут погашены в августе. Если хотите, я попрошу мисс Миллер составить перечень расходов вашего отца, связанных с обществом, и вручить вам копию. Вы увидите, как мала задолженность. Ваши слова о «значительной сумме» показались мне, извините, преувеличением. Однако если вас беспокоит эта ситуация, я буду рад дать вам расписку.
– Это не преувеличение, – сказал Эван. – Зная теперешнее финансовое положение отца, я по-прежнему считаю, что долг велик. Боюсь, он не имеет экономической возможности содержать ваше общество.
– До августа осталось меньше четырех недель.
– Это не имеет значения. Он .не может позволить себе сдавать дом бесплатно.
– Он не тратит денег на экономку.
– Его расходы превышают эту сумму. Кстати, насчет экономки. Мне не нравится еда, которую готовит общество. Почему мы должны есть натуральную пищу, если мы не хотим делать это?
– Для вас отдельно готовится обычная еда.
– Все равно она мне не нравится. Ваш повар когда-нибудь использует соль? Все блюда пресные, безвкусные, их невозможно есть.
– Избыток соли в пище, доктор Колвин, – сказал Пуул, – может оказаться губительным для людей с повышенным давлением.
– А ее полное отсутствие, – заметил Эван, – вызывает спазмы в некоторых мышцах. Вы хотите поучить меня моему ремеслу, мистер Пуул?
– А вы хотите выставить меня из Колвин-Корта, доктор Колвин?
– Весьма сожалею, но в данных обстоятельствах будет лучше, если общество найдет себе другое пристанище. Если договор имеет законную силу, я выплачу вам неустойку.
– Договор вполне законен, – сказал Пуул. – Я отказываюсь от компенсации.
Возникла пауза. Они стояли и смотрели друг на друга – крупный Эван с сердито взлохмаченными рыжими волосами и сдержанный, стройный, ухоженный Пуул, темные глаза которого выражали спокойный вежливый интерес.
Будь он проклят, подумал в ярости Эван. Я еще поставлю его на место.
– Доктор Колвин, – сказал Пуул, – давайте сохранять благоразумие. Не стоит выходить из себя. Я учту ваше беспокойство по поводу моего долга вашему отцу, я попрошу мисс Миллер подсчитать точную сумму и выдам вам расписку. Деньги будут возвращены вам в течение двух ближайших месяцев. Я учту, что вам не нравится еда. Я передам вашу жалобу мисс Миллер, она, несомненно, внесет необходимые изменения в процесс приготовления пищи. Но, пожалуйста, не рассчитывайте на то, что мы покинем Колвин-Корт до истечения срока аренды. Мы имеем полное право находиться здесь и, как бы это ни было для вас огорчительно, намерены оставаться в Колвин-Корте.
– Понятно, – сказал Эван. – Теперь вы во всяком случае ясно заявили о своих намерениях.
