– Мне жаль, что вы испытываете к нам враждебность. Если бы вы сумели смириться с нашим присутствием, я бы не видел препятствий для нашего мирного сосуществования.
– Поскольку мы заговорили весьма откровенно, – сказал Эван, – сообщу вам, что я намерен проконсультироваться с юристом насчет договора. И вы очень обяжете меня, если не будете ничего делать с моей сестрой, пока вы остаетесь в Колвин-Корте. Я знаю, что она больна, но помощь дилетанта может причинить ей больше вреда, нежели пользы.–
– Я не дилетант, – сказал Пуул.
– Кажется, вы учились в Америке. Вы имеете право ставить буквы «Д. М.» после вашей фамилии?
– Доктор Колвин, простите меня, но думаю, ваше сознание затуманено типичной для большинства англичан неприязнью к Америке и всему американскому.
– Вы ошибаетесь, – сказал Эван. – Так имеете вы право на буквы «Д. М.» или нет?
– Я называю себя доктором Пуулом.
– Я могу считать это вашим ответом?
– Он свидетельствует о том, что я не подвержен,обывательскому преклонению перед буквами, право на которые дается невежественными людьми.
– Значит, вы не являетесь дипломированным врачом. Спасибо. Будьте добры, позвольте профессионалам заботиться о моей сестре.
– Профессионалы, – сказал Пуул, – не очень-то помогали вашей сестре до моего появления.
– Тем не менее…
– У меня есть степень в области психологии, доктор Колвин. Я знаю о проблемах Гвайнет гораздо больше, чем беспомощный семейный доктор, лечивший ее до меня, и чем вы с вашим опытом в области тропических болезней – к сожалению, здесь он совершенно неприменим.
– Я…
– Гвайнет страдает отнюдь не тропическим заболеванием.
– Как вы…
– Хотите узнать, что неладно с вашей сестрой?
Меня не интересует набор из психологических терминов, составленный безответственным шарлатаном! – закричал Эван. – Оставьте в покое мою сестру, не то я…
– Мой дорогой мистер Колвин, вы поднимаете такой шум из-за наших с ней отношений, что со стороны может показаться, будто я сплю с Гвайнет!
– Меня бы это не удивило! – закричал Эван. – Я бы не удивился, узнав, что вы спите с каждой из двенадцати ваших женщин! Я бы не удивился…
– Вы льстите моим сексуальным возможностям, – сказал Пуул. – Большое спасибо.
– И еще я хочу– предупредить вас насчет Николы Моррисон! – взорвался Эван, почти не услышав замечания Пуула. – Держитесь от нее подальше, понятно? Не приближайтесь к моей девушке! Если вы полагаете, что можете…
– Вашей девушки? – сказал Пуул. – Мои поздравления! Я не знал, что вы помолвлены.
– Мы не были помолвлены! Но сейчас мы помолвлены, так что руки прочь от Николы.
– Хорошо, – сказал Пуул. – Но на вашем месте я бы уточнил это у Николы. Во время сегодняшнего путешествия, у меня сложилось впечатление, что Никола считает себя свободной. А теперь извините меня – я должен принять ванну и переодеться к обеду. Спокойной ночи, доктор Колвин, и… – Пуул сделал паузу и улыбнулся. – И постарайтесь обрести большую уверенность в себе. Тогда вы не будете видеть источник угрозы в любом незнакомом элементе вашего окружения.
Эван не успел замахнуться кулаком, как дверь спальни захлопнулась перед его носом, Пуул проворно повернул ключ в замке.
– Ники? – произнес Эван, постучав в дверь маленькой комнаты, расположенной в центральной части дома. – Ники, можно с тобой поговорить?
– Подожди.
Спустя несколько секунд она приоткрыла дверь на дюйм. На босой девушке был белый халат, наброшенный, как догадался Эван, второпях.
– Здравствуй, – сказала она. – Я переодеваюсь. Ты можешь подождать полчаса?
– Наверно, нет.
Есть ли на ней что-нибудь под халатом, подумал Эван. Поток сладостных мыслей возник в его голове и растекся по всему телу.
– Я могу зайти?
– Ну, заходи, – настороженно произнесла Никола, запахнув поплотнее халат, словно это был спасательный пояс. – Что случилось?
– Ники…
Он шагнул в комнату и закрыл за собой дверь.
– Ники, я был идиотом, когда думал, что не знаю, как я отношусь к тебе, боялся серьезного чувства, проявлял нерешительность. Ники, извини меня за все, что было прежде. Я люблю тебя и хочу жениться на тебе. Давай поедем завтра утром в Свонси и поищем там хорошее кольцо, которое я хочу подарить, тебе по случаю нашей помолвки.
В комнате стало тихо. Эван дышал учащенно, но он чувствовал, что с его плеч свалился большой груз, кровь помчалась по жилам быстрей.
– Помолвки? – растерянно произнесла Никола.
– Помолвки!
Он улыбнулся и шагнул вперед, чтобы обнять девушку, но она увернулась.
– Это весьма неожиданно, верно? – сказала Никола.
– Неожиданно? После стольких-то месяцев? – Он рассмеялся. – Дорогая, я знаю, что был медлителен, как улитка. И ты это знаешь! О какой неожиданности тут можно говорить?
Халат немного разошелся, не успев остановить себя, Эван снова двинулся вперед.
– Мы можем пожениться в самое ближайшее время, – услышал он свой голос. – В этом месяце, в следующем – когда ты захочешь.
Она уже отступила к туалетному столику, дальше двигаться было некуда, Эван обнял девушку и принялся целовать ее. Он был так сильно возбужден, что лишь через минуту заметил ее нежелание отвечать на его поцелуи.
Он замер.
– Ники?
